Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

Рождественские молитвы

Мы должны знать, как и о чем мы молимся на Рождественской службе. Священник Федор Людоговский дает обзор наиболее важных церковных молитв разных жанров. Переводы на русский язык, если не оговорено иное, принадлежат иеромонаху Амвросию (Тимроту).

 

Ветхий Завет о Рождестве Христовом

212116

Тексты из ветхозаветных книг звучат во время богослужения ежедневно. Чаще всего используется Псалтирь – книга, содержащая псалмы – молитвенные поэтические произведения, которые были написаны израильским царем Давидом и, возможно, другими авторами.

В канун Рождества Христова особое значение приобретают книги пророков, живших до пришествия Спасителю на землю. На вечерне, которая совершается накануне праздника, читаются паремии (фрагменты ветхозаветных книг), содержащие пророчества о Христе, о Его рождении от Девы. Здесь и книги, написанные, согласно церковному преданию, Моисеем, и книги других пророков – Михея, Исаии, Варуха и Даниила.

Первая из паремий – это самое начало самой первой книги Библии – Бытия. Здесь перед нами разворачивается повествование о сотворении Богом мира: «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была невидима и не устроена, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». Далее в этом фрагменте еще довольно много говорится о воде. Тема воды возникает по той причине, что накануне самых больших праздников – Пасхи, Богоявления, Рождества Христова – в древней Церкви во время чтения паремий совершалось массовое крещение. Именно поэтому данная паремия из книги Бытия читается и в рождественский сочельник, и в крещенский, и в Великую субботу.

На великом повечерии торжественно звучат пророческие слова Исаии о Боге-Младенце:

Младенец родился нам, Сын, и дан нам.

<…> И называется имя Его: Великого Совета Ангел.

Чудный Советник.

Бог Крепкий, Властитель, Начальник мира.

Отец будущего века.

 

Рождественские стихиры

33_¦¦TГTБ

Это довольно древний жанр церковных песнопений. Одна стихира – это один абзац, одна строфа. На рождественской службе мы слышим стихиры разных авторов. Один из них – это святитель Герман, патриарх Константинопольский. Приведем ту его стихиру, с которой начинается рождественская вечерня:

Придите, возрадуемся о Господе,

изъясняя нынешнее Таинство:

разделявшая нас с Богом стена разрушена,

пламенный меч обращается вспять

и Херувимы отступают от древа жизни

и я приобщаюсь к блаженствам рая,

из которого был изгнан за ослушание.

Ибо неизменный Образ Отца

и Начертание вечности Его

облик раба принимает,

от не испытавшей брака Матери произойдя,

не потерпев при этом изменения.

Ибо Он остался, чем был – Богом истинным,

и принял на Себя то, чем не был,

человеком сделавшись по человеколюбию.

Воскликнем Ему:

«Боже, рожденный от Девы, помилуй нас!»

Другой автор, имя которого хотелось бы назвать, – это не патриарх и даже не мужчина. Знаменитая стихира «Августу единоначальствующу на земли…», которая поется на великой вечерне во время входа, принадлежит перу Кассии – поэта, гимнографа, композитора, монахини и основательницы монастыря в Константинополе. Приведем полностью текст этой стихиры в русском переводе:

Когда Август стал единовластным на земле,

прекратилось многовластие среди людей;

и с Твоим вочеловечением от Девы чистой

идольское многобожие упразднилось.

Одному мирскому царству подчинились страны,

и в единое владычество Божества племена уверовали.

Переписаны были народы по указу Кесаря,

записались и мы, верные, во имя Божества –

Тебя, вочеловечившегося Бога нашего.

Велика Твоя милость, Господи, слава Тебе!

Как видим, речь здесь идет о римском императоре Августе Октавиане, который в свое время положил конец междоусобной борьбе за власть и расширил границы империи. Христос родился в Иудее как раз во время правления Августа. И с Его рождением, по мысли Кассии, начался закат язычества и все народы стали поклоняться Единому Богу.

Рождественский тропарь

6923de40d68464be7db447c5c51ebc61_i-7081

Тропарь – или, конкретнее, отпустительный тропарь – это одно из наиболее важных песнопений любого церковного праздника. Рождественский тропарь напоминает нам о событиях, описанных в Евангелии от Матфея: о пришествии Мессии и о мудрецах-звездочетах, пришедших с Востока поклониться новорожденному Младенцу. По-церковнославянски тропарь звучит следующим образом:

Рождество Твое, Христе Боже наш,

возсия мирови свет разума,

в нем бо звездам служащии

звездою учахуся

Тебе кланятися, Солнцу Правды,

и Тебе ведети с высоты востока.

Господи, слава Тебе.

А вот его русский перевод:

Рождество Твое, Христе Боже наш,

озарило мир светом знания,

ибо чрез него звездам служащие

звездою были научаемы

Тебе поклоняться, Солнцу правды,

и знать Тебя, с высоты Восходящее Светило.

Господи, слава Тебе!

Приведем также перевод, выполненный в Свято-Филаретовском институте:

Рождество Твоё, Христе Боже наш,

озарило мир светом познания,

ибо тогда звёздам служащие

звездою были научены

поклоняться Тебе, Солнцу Правды,

и познавать Тебя, Зарю свыше, –

Господи, слава Тебе!

Тропарь Рождества Христова многократно звучит во время праздничного богослужения: на вечерне, повечерии, утрене, литургии, а также в течение нескольких дней, следующих за первым днем праздника.

 

Рождественские каноны

1

В состав одной из рождественских служб – утрени – входят два канона. Канон – это гимнографическое произведение, образованное восемью-девятью песнями, в каждой из которых обычно имеется по две-три и более поэтических строфы. Первая строфа в каноне называется ирмосом, прочие именуются тропарями. (Не следует путать тропари канона с отпустительным тропарем, о котором говорилось выше.)

Один из канонов на праздник Рождества Христова написан гимнографом сирийского происхождения по имени Мансур ибн Серджун ат-Таглиби. Он жил в VIII веке и в молодости служил при дворе дамасского халифа. Христианскому миру он известен как Иоанн Дамаскин.

Другой канон (в порядке пения – первый) был написан другом и свободным братом Иоанна – святителем Космой, епископом Маюмским.

Канон Космы Маюмского открывается радостными, ликующими словами ирмоса:

Христос рождается – славьте!

Христос с небес – встречайте!

Христос на земле – воспряньте!

Пой Господу, вся земля

и с веселием воспойте, люди,

ибо Он прославился!

Впрочем, эти слова написал не сам Косма – он лишь перефразировал и немного расширил то, что несколькими столетиями ранее было сказано святителем Григорием Богословом в одной из его проповедей.

Приведем также фрагмент канона Иоанна Дамаскина. Первый тропарь второй песни этого канона отсылает нас к Евангелию от Луки, где описывается явление ангелов Вифлеемским пастухам, которые затем отправились посмотреть на младенца Христа:

Хор свирельщиков поражался,

необыкновенным образом удостоившись

узреть то, что превыше ума:

от Невесты пречистой всеблаженное рождение

и полк бесплотных, воспевавших

без семени воплощающегося Царя-Христа.

 

Кондак

После шестой песни второго канона в тексте рождественской утрени находится песнопение, озаглавленное словом кондак, а вслед за ним – икос. О двух этих строфах следует сказать подробнее.

Эти кондак и икос не являются частью канона. Это – всё, что осталось в нынешней службе от очень интересного произведения еще одного сирийского автора – Романа Сладкопевца. Роман родился во второй половине V века, то есть он жил позже, чем Григорий Богослов, но заметно раньше Иоанна и Космы, Германа и Кассии. Он был автором многострофных гимнографических произведений, которые мы так и назывались – кондаки. То, что мы сейчас именуем этим словом, – это лишь вступительная строфа Романова песнопения. А то, что нынче называется икосом, – это первая из ряда многих строф, содержавшихся в кондаке.

Однострофный кондак (т. е. кондак в современном смысле слова) – это, наряду с отпустительным тропарем, одно из главных песнопений любого праздника. Приведем церковнославянский текст кондака и его русский перевод.

Дева днесь Пресущественнаго раждает,

и земля вертеп Неприступному приносит.

Ангели с пастырьми славословят,

волсви же со звездою путешествуют:

нас бо ради родися

Oтроча Младо, Превечный Бог.

Перевод:

Дева в сей день Сверхсущественного рождает,

и земля пещеру Неприступному приносит;

Ангелы с пастухами славословят,

волхвы же за звездою путешествуют,

ибо ради нас родилось

Дитя младое, предвечный Бог!

А теперь для сравнения дадим вступительную строфу (то есть нынешний кондак) и первые две строфы основной части кондака на Рождество Христово в русском переводе иеромонаха Иакова (Цветкова), в редакции священника Михаила Желтова:

Сегодня Дева рождает Превысшего всякого существа, а земля приносит вертеп Неприступному; ангелы вместе с пастырями славословят, волхвы же со звездой путешествуют: ибо ради нас родился Юный Младенец, Предвечный Бог!

Вифеем открыл [нам] Эдем — придите, увидим; мы нашли наслаждение в скрытном [месте] — придите, получим райскую [радость] внутри пещеры: там явился Корень ненапоенный [влагой], произращающий прощение; там явился Кладезь неископанный, из которого прежде сильно желал пить Давид; там Дева, родившая Младенца, тотчас утолила жажду Адама и Давида. Посему придем к этому [месту], где родился Юный Младенец, Предвечный Бог!

Отец Матери по Своей воле соделался [Ее] Сыном, Спаситель детей ребенком возлежал в яслях. Узнав Его, Родившая говорит: «Скажи мне, Дитя, как Ты вселился в Меня и как образовался во Мне? Вижу тебя, утроба [Моя], и ужасаюсь – ибо и молоком питаю, и остаюсь не познавшей брака. И хотя вижу Тебя, [Дитя], в пеленках, [одновременно] созерцаю девство Свое запечатанным — ибо Ты сохранил его, соблаговолив родиться [от Меня, о], Юный Младенец, Предвечный Бог!»

Всего же в основной части Романова кондака содержится 24 строфы (икоса). При этом начальные буквы строф образуют акростих – фразу, которая в переводе с греческого значит «Гимн смиренного Романа».

Следует заметить вот еще что. Все строфы кондака заканчиваются одним и тем же выражением – «Юный Младенец, Предвечный Бог» (по-церковнославянски – «Отроча младо, Превечный Бог»). Это особенность всех древних многострофных кондаков. И не только кондаков, но также и акафистов – жанра, к рассмотрению которого мы сейчас переходим.

 

Рождественские акафисты

the_nativity

Кондаки Романа Сладкопевца написаны живо и ярко – но они, к сожалению, вышли из церковного уротребления. Каноны Космы Маюмского и Иоанна Дамаскина богаты своим содержанием, они отсылают нас к образам и сюжетам Ветхого и Нового Завета; но надо признать, что всё это очень непросто для восприятия недостаточно подготовленного читателя и, тем более, слушателя.

Возможно, именно по этой причине с каждым столетием и десятилетием всё большее распространение получают акафисты.

Акафист – это тоже многострофное произведение, как и древний кондак и канон. Но акафист обычно проще по языку, он имеет более четкую и понятную структуру. Первый акафист – это был акафист Богородице – появился не позднее первой четверти VII века. Имя его автора нам неизвестно. Позже стали появляться и другие акафисты – десятки, сотни, теперь уже тысячи. Изначально акафисты (кроме самого первого) не предназначались для пения в храме. Тем не менее, акафист всё чаще становится частью церковного богослужения.

На праздник Рождества Христова имеется несколько акафистов. Три из них, наиболее известные в настоящее время, были написаны русскими архиереями XX века: епископом Тихоном (Тихомировым), архиепископом Никоном (Петиным) и митрополитом Никодимом (Руснаком). Приведем хотя бы по три строфы (из 25) каждого акафиста. Они, в общем и целом, написаны на церковнославянском языке, но этот язык достаточно понятен. Что касается русского перевода акафистов, то подобные опыты нам неизвестны.

Из акафиста епископа Тихона:

Возбранный и прежде век от Отца Рожденный, Спас мира и Царь веков, яко Отроча родися нам, Сын, и дадеся нам. Сей ныне волею плоть приим от Девы и, яко разумное Солнце Правды, сущим во тьме и сени смертней седящим Боголепно возсия. Приидите, возрадуемся, зряще Бога во плоти, в Вифлееме нас ради пеленами повиваема, и с волхвы и пастырьми Сему покланяющеся, велегласно возопиим: Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение.

Ангели древле у врат Эдема древу жизни отпадшаго Адама стрегуще, ныне же от веси Вифлеемския радость велию земнородным благовествуют, яже будет всем людем: яко родися Спас, Иже есть Христос Господь, в яслех безсловесных плотию младенствующе. Приидите, вернии, Матерь Спасову прославим, по Рождестве паки явльшуюся Деву, и со Ангелы и пастырьми песнь достойную в вертепе от Нея Рождшемуся воспоем:

Слава Тебе, Пребезначальное Влово, Бог сый, человек явивыйся;

слава Тебе, Боже Великий и Вечный, Своего Божества не отступльше, из боку Девичу воплотивыйся.

Слава Тебе, Сыне Божий — Сыне Девы, зрак раба приимшему;

слава Тебе, Слове Божий, Неизследиме, в юдоль нашего изгнания пришедшему.

Слава Тебе, Превечное Слово, истощанием странным от Девы миру возсиявый;

слава Тебе, Премудросте Божия и Сило, нас ради по нам обнищавый.

Слава Тебе, Невесты Пречистыя пребогатое Рождество, Егоже славы полны суть Небеса;

слава Тебе, возсиявшее Солнце Правды, Имже радости исполняется вся земля.

Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение.

Видевше Творец и Зиждитель всяческих гиблема человека, егоже рукама созда, милосердствуя о нем, приклонив небеса, на землю сниде, высотою Царствуяй Небес, землею содеяся, – Егоже Отце прежде век раждает, да падшее обновит человеческое естество. Его зряще Самаго и Человека и Бога, ликовствующе со всеми небесными и земными, хвалящими предивное Божие снисхождение, вопием Ему: Аллилуия.

Из акафиста митрополита Никодима:

Избравый от всех родов пречистейшую Ангел Деву; и от Нея родивыйся плотию, Христе Боже наш, благодарственная приносим Ти раби Твои, Владыко. Ты же, яко имеяй милосердие неизреченное, от всяких нас бед свободи, зовущих:

Иисусе, Сыне Божий воплотивыйся нас ради, слава Тебе.

Ангел множество собрася во Вифлееме, видети непостижное Рождество; и видевше своего Творца, во яслех яко младенца лежаща, удивишася! И страхом благоговеюще, Рождшагося и Рождшую боголепне почитаху, поюще таковая:

Слава Тебе, Сыне Божий, прежде век от Отца рожденный.

Слава Тебе, со Отцем и Духом вся сотворивый.

Слава Тебе, спасти погибшия пришедый.

Слава Тебе, даже до рабия зрака снизшедый.

Слава Тебе, взыскателю заблудших.

Слава Тебе, Спасителю погибших.

Слава Тебе, средостение вражды разрушившу.

Cлава Тебе, рай, преслушанием затворенный, паки отверзшу.

Слава Тебе, род человеческий неизреченно возлюбившу.

Cлава Тебе, на земли вертеп Небо явившу.

Слава Тебе, рождшую Тя Деву, Престол херувимский показавшу.

Иисусе, Сыне Божий, воплотивыйся нас ради, слава Тебе.

Видяще безплотнии Ангели своего Владыку, от чистыя Девы плоть приемша, ужасошася! И друг ко другу реша: преславное сие Таинство непостижимо нам является быти: обаче дивяшеся неизреченному Того снизхождению, со страхом пояху: Аллилуия.

Из акафиста архиепископа Никона:

Рождейся от Девы, пение небесное приявый, приими из сокровищ духовных мною возносимое Тебе песнопение: Иисусе Богомладенче, спаси нас!

От ангелов благовестие приемше, во град Вифлеем духовно вшедше и Младенца в яслех узревше, радостно воспоим Ему:

Иисусе, ангелов ликование;

Иисусе, сердца моего взыграние.

Иисусе, всего мира ожидание;

Иисусе, небесное сияние.

Иисусе Богомладенче, спаси нас!

Живущим верою путь пастырие указуют, тем же с ними и мы ликовствуя, поем Рождшемуся: Аллилуия!

Акафист архиепископа Никона содержит русский фразовый акростих: «Рождество Христово духом пою».



Смотрите также:

— два года назад в Рождественский пост мы делали проект, где разбирали ветхозаветные пророчества о Христе.

Лекция священника Алексея Агапова «Медленное чтение богослужебных текстов Рождества».