Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

Как христианство лечит. Про воображение, память и поведение

Известно, что мозг воспринимает реальность через органы чувств. Сенсорные нейроны передают импульсы в мозг, и благодаря этому в мозге формируются устойчивые нейронные связи. Так возникает наша память, и чем сильнее давление на органы чувств, тем сильнее импульс, чем ярче впечатление, тем сильнее воспоминание. Действие и результат запоминаются как одно целое, и в зависимости от силы, частоты и качества результата формируется поведение и привычки. Формирование новых связей в мозгу — очень энергозатратный процесс, поэтому организм, склонный к экономии энергии, формирует паттерны и вешает ярлыки. Интересно, что память о реальных событиях, сцены из книг и кино, а также фантазии хранятся в мозгу похожим образом, так что увиденное на экране и реальная ситуация запускают один и тот же процесс выброса гормонов в кровь, различаются разве что по силе эффекта. Все, что мы пережили в жизни, увидели в кино или прочитали в книге, формирует нашу библиотеку шаблонов и воспроизводится одинаковым способом.

Нейронная сеть

Мозг, озабоченный проблемой собственного конечного существования (смертью), управляет телом посредством гормонов, вызывая определенные реакции как на внешние раздражители, так и на внутренние (память, воображение). Чувства, которые мы испытываем, — это результат действия гормонов, причем это может быть реакцией не только на реальные раздражители, но и на сцены, которые воспроизводит память или воображение и, самое интересное, сцены, который протекают за внутренним взором, то есть в подсознании. Мозг слушает органы чувств, собственную память и подсознание, стремится все контролировать и, когда это невозможно, при недостатке информации или противоречивых данных, воспроизводит гормонами чувство тревоги. В этом месте и возникают проблемы. У меня такие:

— недоверие собственным чувствам;
— размытая граница между реальным воспоминанием, художественным образом и фантазией;
— противоречивые паттерны поведения.

Все это вместе — обсессия, тревога, вредные привычки — занимает большую часть времени, расходует большое количество энергии и портит отношения с людьми. Борьба с подобными обстоятельствами обычно включает гормональную терапию (от алкоголя до таблеток), психотерапию, а также различные мистические практики и ритуалы. Последнее — самое интересное, поскольку работает не с последствиями и не с механизмом, а пытается повлиять на источник сознания, предшествующий памяти и воображению, и даже подсознанию. На то, что можно назвать верой. В этом отношении я нахожу в христианстве самую исчерпывающую картину того, что со мной происходит.

Про то, что выше сознания

То, что в христианстве называется греховной природой человека, в частности означает и описанные выше свойства мозга, который часто попадает в ловушку собственного устройства, а то, что называется волей, описывает силу, предшествующую нашему сознанию. Также можно рассмотреть христианскую практику как способ привести в гармонию мысли и чувства человека, сделать человека целостным, непротиворечивым и, в конечном итоге, здоровым.

Начнем с греха. Человек действительно по своей свободной воле способен совершить преступление. Этому способствуют в равной степени обстоятельства, которые дают возможность совершения преступления, и сформированные в сознании убеждения. Человек, у которого в голове уже сложились картина того, как он убивает, в момент убийства лишь реализует возможность убийства. Это то, о чем говорит Христос: «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею», помышление преступления равняется самому преступлению. Дело в том, что проиграв в воображении преступление, вообразив удовлетворение от него, человек уже сформировал в мозгу устойчивую связь. Спасение постом и молитвой как раз есть практическая часть работы с сознанием и тренировка силы воли. Молитва учит, то есть формирует связи в мозгу, усилием воли замещать нежелательные образы и полагаться на силу, предшествующую сознанию, то есть на то, что это сознание и эту свободную волю создало. Точнее, на Бога.

Вообразить себе Бога — означает спустить Его на уровень сознания, лишить Его всякой силы. и это уже будет не тот Бог, в Которого верят христиане. Христианский Бог является началом всего и создателем всего, Он создал человека и наделил его свободной волей, подобной той, которой обладает Он Сам. Так вера в Бога становится выше сознания, силой, которая способна управлять мыслью до того, как она появилась. Соединив свою свободную волю с волей Бога, человек способен преодолеть любое обстоятельство посредством веры (на практике молитвой и постом). Но что такое вера? Вера — это непосредственное действие, основанное не на конкретных данных или опыте, а на слепом убеждении в существовании именно такого Бога, о котором говорит Христос. Выбор, который совершает наше сознание, не бывает свободным. Сознание совершает выбор в рамках своей опытной базы, свободной может быть только воля, основанная на вере. Воля, основанная на вере, — это действовать так, как будто. Что такое Бог? Для этого у нас есть Библия и куча святоотеческий литературы, но если коротко, Бог есть любовь.

Любовь — это жертва, причем любовь, о которой говорит Христос, это не избирательная и рациональная любовь, не любовь с выгодой для себя, а любовь ко всем людям. Такая любовь абсурдна, ведь жертвовать собой ради каждого встречного означает идти против природного устройства моего организма и мозга, которым движет инстинкт самосохранения и выживания. Получается, что христианин должен действовать вопреки своим мыслям и чувствам, в нарушение сформированных паттернов, преодолевать гормональные команды и, например, однажды отдать свою жизнь за другого. Но именно о таком способе жить и говорит Христос, единственном способе преодолеть смерть, что Он доказал на собственном примере. Вера в подобное кажется безумием, но в самом начале я описал вам, как не безумный мозг попадает в ловушку своего устройства и превращает мою жизнь в бесконечную борьбу с тревогой и последствиями этой борьбы.

Выводы

Христианство предлагает мне наполнить мое воображение молитвой, держать в памяти память смертную, а поведение подчинить закону любви. Это не выглядит как лечение обсессивного мышления, скорее как самоубийство. Но однажды попробовав, я могу подтвердить, что это действительно работает. Смотрите, под лечением симптомов ОКР и его причин подразумевается возврат в какое-то предшествующее состояние, когда в голове нет тех связей, которые появились с опытом, которые послужили причиной тревоги. Это стремление вернуться в прошлое, до того, как я задался вопросом, что будет после смерти или способен ли я на убийство. Выглядит как желание деградировать, что, впрочем, и происходит с помощью, например, алкоголя. А другой популярный способ, психоанализ, предлагает сфокусироваться на проблемных участках сознания, разобрать их до мельчайший деталей и собрать заново, в другой последовательности и в другом значении. То есть пережить опыт заново, отказаться от реального опыта, наделяя его как бы вредоносным значением. Что, на мой взгляд, еще более изощренный способ деградировать и отстраниться от реальности, чем алкоголь. Я возвращаюсь к христианству, и, какой бы это ни был радикальный способ, я хочу попробовать и его.

— Недоверие собственным чувствам. Христианин и не должен доверять своим чувствам, ведь полагаясь на силу, которая предшествует всем мыслям и чувствам, посредством веры совершая выбор, свободной волей воссоединиться с Тем, Кто выше и сильнее любого чувства, я делаюсь и сам выше. Я более не жертва игры гормонов в организме, пусть меня кошмарит набор противоречивых эмоций, моя вера в Бога пронесет меня сквозь любой гормональный шторм и не даст мне погибнуть, как бы все датчики ни кричали об обратном.

— Размытая граница между воспоминанием и фантазией. Как христианин, я верю не только в Бога, но и в искусителя, сатану, о котором известно, что он противостоит Богу и желает моей гибели. Он соблазняет меня различными образами в моем воображении, и я чувственно реагирую в ответ на них. Так что я помещаю в свое сознание молитву, как единственно верный источник знания, а ко всему остальному выбираю относиться критически и отстраненно. Грубо говоря, мне больше не важно, память это или игра воображения.

— Противоречивые паттерны поведения. Я часто не понимаю, как мне поступить в той или иной ситуации, как было бы лучше для меня и близких. Иногда необходимость выбора доводит до ужаса и паралича воли, любой исход мне кажется катастрофическим, мозг не в состоянии просчитать все варианты, тотальный контроль сталкивается со своей невозможностью. Это самое болезненное состояние обсессивного мышления, часто здесь употребляют термин прокрастинация. Что ж, нет ничего лучше в этой ситуации, чем полностью довериться Богу, вера в Которого натягивает полюса возможностей до предела: все, что допускает Бог, — во благо, и все, что я делаю сам, — во вред. Так отпадает сама необходимость совершать выбор. Если вопрос затрагивает человека, я выбираю любовь и жертвую всем ради него, если человека в выборе нет, то вообще не имеет значения, какой выбор я сделаю. Так я делаюсь свободным от всякого выбора, поскольку живу в любви с Богом, а Ему, как сказано, нет ничего невозможного.

Чувства вины, стыда и страха и все сопутствующие эмоции — все, что так отягощает человека, теряет всякое значение для христианина, который всеми силами хочет только одного — соединиться с Богом. Вера в Него, в Христа, в Царствие, в грех и прощение грехов, все это настолько умаляет эту утомительную внутреннюю борьбу, что кажется странным: как это вообще могло меня волновать? Жертвуя себя всего и всю свою жизнь близким и далеким людям, с одной стороны, и полагаясь на всесильного Бога, с другой стороны, Бога, Который так любит меня, что уже простил все мои грехи — и прошлые и будущие, настолько всесильного, что ничего в мире не происходит против Его воли, совершая такой выбор свободной волей, я делаюсь недоступным никакому фокусу моего сознания так, что и лечить тут нечего ни алкоголем, ни психоанализом.


Подписывайтесь на канал Предание.ру в Telegram, чтобы не пропускать интересные новости и статьи!

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен!