Нельзя утешить словами. Но можно просто быть рядом

Ольга Лебединская

Внештатный сотрудник фонда «Предание», журналист, продюсер, организатор кинопроизводства.

Как принять неизбежное? Где найти в себе силы, когда уходит близкий человек? Как преодолеть страх, мешающий открыть свое сердце? В чем найти утешение, когда все уже случилось? Трудный, но очень светлый разговор с Фредерикой де Грааф. Удивительная судьба связала ее с Россией. Родилась в Индонезии, училась в Голландии, Англии, Москве. Филолог-славист, врач-рефлексотерапевт. Духовная дочь митрополита Антония Сурожского. По его благословению переехала жить в Россию. С 2002 года служит в Первом московском хосписе.

На своем месте в жизни

— Фредерика, когда вы почувствовали, что можете помогать тяжелобольным людям? Как это происходит?

— Я никогда не думала, что буду заниматься тем, чем занимаюсь. Не считаю себя тем, кто помогает. Господь дал мне возможность лечить людей. Я владею приемами акупунктуры, но иглы не использую, только руки. Во время этих сеансов мы просто разговариваем друг с другом. И человек раскрывается.

Владыка Антоний говорил: «Перед началом рабочего дня попроси Бога, чтобы Он был твоими руками, твоими пальцами, твоими глазами. Пусть Он действует в тебе». И я всегда прошу Господа: «Веди меня к тому, кто больше всех нуждается во мне». Я никогда не думала, что делаю что-то сама. Только Бог и вместе с Ним.

В конце рабочего дня я также благодарю Господа: «Если было что-то хорошее, это Твое. Если нет, прости, я буду стараться лучше. И если сказала или сделала что-то не то, пусть люди это забудут».

— Бывали ли у вас периоды выгорания?

— Выгорания не было никогда. Когда ты видишь настоящее страдание, забываешь про себя. И становится легко отдавать себя полностью. Я уже двадцать лет так работаю.

Бывает, когда человек страдает «как будто», не очень сильно, но жалуется и жалуется. Тогда появляется усталость. В этот момент нужно остановиться, чтобы снова наполниться жизнью. То есть войти внутрь себя. Восстановить контакт с собой и с Богом

Помогают молчание и молитва. А еще прогулки. Красота окружающего мира. Московская зима для меня слишком долгая. Но стараюсь гулять даже в плохую погоду.

— Высокие стандарты, которые вы задаете при общении с тяжелобольными людьми, — как им соответствовать? Где взять силы обычному человеку?

— Эти стандарты задал митрополит Антоний, и да, они высокие. Но для христиан очень важно работать над собой, над своим эгоизмом, который мешает быть с Богом.

Владыка говорит: духовная жизнь начинается с отречения от себя. Эгоизм там, где я ставлю себя в центр мира, сравниваю с другими.

Хочу быть другим, не тем, кем являюсь. Отсюда рождаются ненависть и зависть. А христианин должен знать, что у него есть глубокая личность во Христе.

Владыка советовал читать Евангелие каждый день. При чтении с чем-то вы будете не согласны. Но обязательно найдутся места, на которые душа отзовется с вдохновением.

И важно, чтобы поступки не противоречили этим местам. И нужно именно жить ими. Это то общее, святое, что есть у нас со Христом.

Надо понять всей душой, что мы все бесподобные и уникальные. Каждый человек бесподобен для Бога. Не важно, хороший он или плохой. Важно только, чтобы он был настоящим.

Господь каждому пожелал жизни Своей любовью. Поэтому сравнивать себя с другими не стоит.

Господь любит нас такими, какие мы есть. Единственное, Он надеется, что мы все захотим стать Его друзьями и быть с Ним. Всей нашей жизнью приобщаться Ему.

Не бойся, потому что Жизнь продолжается

 — Владыка Антоний подчеркивал, что мы не можем подготовить человека к смерти, но только к Жизни, к Жизни во Христе, к Жизни в Воскресении. Мы сами должны в это верить по-настоящему. Как найти в себе эту веру? Как встретить Христа?

— Человеку надо прежде всего найти себя. Это достигается молитвой, молчанием и желанием быть наедине с собой.

Тогда сквозь себя можно услышать Христа в своей глубине. А уже потом идти навстречу людям. Но мы живем очень поверхностно. Владыка говорил: «На поверхности Бог не бывает. И мы не сможем узнать, что Он жив, что Он воскрес, если не находимся внутри себя».

Мы живем вне себя из-за житейских забот, тревог, страхов и суматохи. И фокус нашего внимания направлен на эту внешнюю жизнь. Пока мы не войдем в себя, мы не узнаем Его через себя. А то, что мы не знаем, мы не можем передать другому. Слова здесь бесполезны и неубедительны.

Митрополит Антоний говорил: «Когда ты сидишь с человеком, достаточно твоей веры и тишины, которые есть. Не надо говорить про вечную жизнь. Важно, когда человек это чувствует в тебе без слов».

 — А мы можем как-то подготовить человека к уходу?

— Нет. Такого опыта у нас нет. Мы не знаем, что такое умирание. Но мы можем своей верой, тишиной и миром, которые есть в душе, передать ему: «Не бойся».

Именно передать, а не сказать словами. Если ты просто скажешь «не бойся», человек возразит: «Тебе же легко говорить, ведь ты остаешься здесь, ты не умираешь».

Поэтому владыка Антоний говорил, что очень важно научиться сдерживать свой язык. Слова чаще всего отталкивают.

Мы не знаем, что переживает уходящий человек. Когда мы советуем ему, мы находимся как бы над ним. А мы должны быть если не под ним, то рядом. И даже глубже, должны держать его внутри себя. Перед лицом Божиим молча молиться за него, просить, чтобы ему было не так плохо и страшно.

Говорить можно, если есть запрос на это. Но не надо говорить умирающему, что все у него будет хорошо. Никто из нас не имеет опыта перехода. Эта ложь будет стоять между больным и родственниками. А потом появится чувство вины, что люди не были искренними. Я много раз это видела.

Научи меня молчать, чтобы увидеть Тебя, Господи!

 — Вы пишете, что узнать, услышать Христа можно только на глубине. Что это значит? Как достичь этой глубины? Я пробовала практику молчания, ничего не получилось.

— Войти в глубину можно скорее всего, когда есть тоска по Богу. Голод, осознание — Господи, не могу без Тебя жить.

Но мы пока так и не поняли, что без Него ничего не можем. Не можем не потому, что мы маленькие и жалкие, а потому, что все в Его руках. Все, что у нас есть, это дар Божий.

Нужен крик души: «Где Ты? Почему ты молчишь? Научи меня молчать, чтобы увидеть и услышать Тебя!» Должна быть именно нужда в Господе. Простые упражнения не помогут.

Когда у человека будет ощущения отдаленности от Бога и одновременно с этим непреодолимое желание быть с Ним, обязательно случится прорыв. Он позволит вмолчаться в себя на таком уровне, чтобы искать и найти Его.

Но кроме молчания нужно действие. Надо научиться отсекать все, что уводит нас из нашей глубины. Такие вещи, как любопытство, жадность, страх, зависть.

Мы что-то увидели, захотели это сразу приобрести и вот уже оказались вне себя. Надо научиться замечать и отсекать эти моменты. Чтобы оставаться под своей кожей, как говорил владыка Антоний.

Повторять в таких случаях: «Я опять потерял Тебя, Господи, просто потому что я вне себя». Это будет сигнал, чтобы войти внутрь. Остановиться и там остаться.

 — Можно ли утешить человека вне общения со Христом? Справляются ли с этим другие конфессии или атеисты?

— Я сталкивалась с такими случаями, когда медицинский работник как будто сострадает больному. Но он не находится с ним до самого конца. А это очень важно, чтобы человек не умирал в одиночестве.

Человек нуждался в тебе, но ты прошел мимо. Такое сострадание ничего не значит. Оно поверхностно. В идеале душа должна разрываться от того, что другому плохо. Это черта Христа. Это Его солидарность с каждым из нас.

Сострадание зависит не от конфессии или от религиозности, а от открытости сердца.

Господь спасет всех, кто пережил богооставленность

 — Зачем человеку дается страдание и болезнь?

— Болезнь допускается Богом. Она может быть последней возможностью, чтобы человек повернулся ко Христу. Перестал суетиться.

Я вижу много людей, у которых произошла переоценка смыслов во время болезни. Не жить внешним, остановиться и повернуться ко Христу.

Даже если нам кажется, что этого не происходит, мы должны довериться Господу. Он видит глубже, чем мы. Он видит смирение и принятие страдающих людей.

Меняются и наши отношения с человеком, который заболел. Мы понимаем: время драгоценно. Завтра его может не быть. Задаем себе вопрос — как я отношусь к этому человеку?

Это помогает научиться жить «здесь и сейчас». Появляется серьезность и осознанность, понимание, что жизнь коротковата. И надо жить на 100%, а не кое-как.

 — Мы страдаем за грехи? Может быть, даже за грехи рода?

— Владыка Антоний никогда не говорил, что страдания даны за грехи. Неуместно говорить и решать за Бога, что происходит с человеком. Всегда легче обвинить, сказать: ты сам виноват. Тогда не надо разбираться с его душой, переживать и впускать в себя его боль. Тогда не надо нашего сострадания.

Все и так ясно. Сам виноват. Это не по-христиански. Это очень далеко от Христа и Его отношения к нам.

Бывает, что страсти и грехи частично передаются от предков. Но наша задача — бороться с ними. Тогда мы освободим и себя, и тех, кто был до нас, наших родственников.

Например, есть в роду такая черта, как жадность, скупость. А вы стараетесь жить не так, боретесь с этим грехом. Вы боретесь не только за себя, но и за своих предков. Освобождаете их от того, что держало в плену и что они не успели сбросить с себя.

Говорить, что страдание и болезнь даются за грехи, — большое искажение. Это от незнания, какой у нас Бог. Он Сам умер на кресте за каждого из нас. И Он Сам пережил богооставленность, какую переживает самый последний атеист.

Христос восклицает на Кресте: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» Он опытом понимает, каково это — жить без Бога. И что есть тьма и ужас богооставленности. Поэтому Он может спасти даже последнего атеиста.

 — Почему кому-то дается время на исправление и осознание себя (болезнь), а кому-то нет?

— Не знаю, надо спросить Бога об этом. Я верю, что мы переходим тогда, когда настает наше время.

Господь возьмет нас на пике, чтобы мы могли достойно встретиться с Ним. Или Он видит, что дела у нас — хуже некуда. И тогда заберет, чтобы не было еще хуже. Чтобы человек не стал только плотским, бездуховным.

 — Почему тогда бродяги, пьяницы живут, а хорошие люди умирают?

— Я думаю, Господь надеется, что эти люди еще посмотрят в Его сторону и покаются. А покаявшийся человек уже готов к Встрече.

По словам владыки Антония, критерий, чтобы быть с Богом, — быть человеком. Неважно вероисповедание, количество поклонов, сколько ты причащался. Был ли ты человеком на земле? В этом суть. Именно потому, что Сам Христос был совершенным человеком. Он для нас путь.

Человек, который жил с состраданием, а значит, с Христом, будет с Ним. А тот, кто пока живет недостойно, может еще исправиться. И в этом есть великая надежда.

Если Господь забрал человека, когда дела «хуже некуда», есть ли надежда на его спасение?

— Митрополит Антоний надеялся, что спасутся все. Он говорил, это не догма Церкви. Но по его же словам, надежда значит не меньше догмы.

Я как-то спросила у владыки: почему он никогда не говорит про ад? Он ответил, что такого Бога он не знает. Он не говорил, что ада нет. Но сказал: «Такого Бога я не знаю». И привел пример. Мама в раю, сын в аду. А мама сына очень любит. Может ли быть рай раем для нее, если сын в аду? Ответ: нет.

Мы не знаем, как все будет. Но Христос умер за грешников.

Просто будьте рядом

— Иногда кажется, что человек сам решает, когда ему уйти. Так ли это?

— Господь смотрит на состояние человека, на степень его страдания, что он может еще нести. Он доверяет нам часть Своей ноши по нашим силам. Но Господь не стоит в стороне. Он страдает вместе с нами. И готов поддержать нас, помочь нам, если мы падаем.

Был случай в Англии, в больнице. Один пациент, его звали Михаил, очень хотел домой. Но жена отказалась его забирать. Он повернулся к стене и умер. Ужасно уходить, когда ты никому не нужен.

Я думаю, увидев муки и страшную боль этого человека, Христос сказал: «Тогда иди ко Мне» — и принял его.

— Как пережить горе разлуки? Как помочь себе? И как помочь другому?

— Боль разлуки может быть самая жуткая. Слова не утешают. Утешают молчание и молитва. Просто будьте рядом.

Как помочь себе? Нырнуть в глубину отчаяния. Прочувствовать все. Без успокоительных таблеток и попыток отвлечься, убежать от себя и своей боли. Именно от отчаяния начинается настоящая молитва.

Если есть чувство вины, что что-то недосказано или недоделано, сказать ушедшему:

«Прости, я не знал, что сделал. Я очень тебя люблю. Сейчас ты видишь это. Тебе все ясно».

Молиться дома и в храме. Довериться Богу. Даже если не все понимаешь. Можно честно об этом сказать. Владыко говорил: «Господи, я Тебе доверяю, но не понимаю».

Помнить, теперь человек со Христом. Ему там лучше, чем здесь. И если по-настоящему любишь ушедшего, этому можно радоваться.

Надо продолжать жить самым светлым, чем жил ушедший. Светить тем светом, который он зажег в душе своей жизнью.

Таким образом мир не оскудеет от того, что он ушел. И принесенные плоды становятся его плодами перед Богом.

Оставшемуся это помогает не замыкаться на себе, на своем горе и боли. А жить со смыслом ради любимого, который сейчас жив в Боге.

А встреча состоится в свое время!

Фредерика де Грааф — психолог и рефлексотерапевт Первого московского хосписа им. В. В. Миллионщиковой. Ведущий эксперт в области психологического сопровождения в паллиативной медицине. Соучредитель Научно-практического института психологии личности при Московской школе христианской психологии. Автор книг «Разлуки не будет. Как пережить смерть и страдания близких» и «Открытость сердца. Встреча: «сквозь себя» к Богу и человеку» издательства «Никея».

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle