Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

«Объединительный собор»: о чем мы спорим

«Если целая структура создается, как об этом прямо заявляется, в геополитических целях, то, возможно, геополитических целей она и достигнет». И только…

Уже несколько дней прошло с «объединительного собора» в Киеве, и, теперь, когда первые эмоции улеглись, можно попробовать проанализировать происшедшее – и с точки зрения наших представлений о миссии Церкви в мире, и с точки зрения наших взглядов на ее отношения с государством.

Реакция православного мира варьировалась от резкого неприятия со стороны некоторых иерархов до молчания, которое само по себе является значительным – лидера новоизбранной структуры с избранием поздравило посольство США и сам Патриарх Варфоломей, остальные предстоятели православного мира никаких поздравлений (пока, во всяком случае) не прислали.

Это составляет резкий контраст с тем, как православный мир принял избрание на пост Киевского митрополита владыки Онуфрия – тогда поздравления прислали все, начиная с «брата и сослужителя во Христе» Патриарха Варфоломея, который тогда признал владыку Онуфрия единственным каноническим главой Украинской Церкви, далее Александрийский, Иерусалимский Патриархи и далее по списку.

В этот раз поздравления Константинополя звучат в многозначительном одиночестве – мы, конечно, не знаем, как ситуация будет развиваться дальше, но пока мы видим со стороны остальных предстоятелей не ликующее одобрение, а некоторые сомнения и тягостные раздумья – похоже на то, что другие Патриархи относятся к своим поздравлениям, которые они направляли в свое время митрополиту Онуфрию, да и к своему слову вообще, несколько более ответственно, чем Патриарх Варфоломей.

Константинополь, конечно, неизбежно будет дожимать их до определенной реакции – но пока что молчание в ситуации, когда ожидаются приветствия и поздравления, – это тоже заметная реакция.

Частные лица, конечно, намного более свободны в своих высказываниях, и тут вылетают выражения самые нецеремонные – каких благочестивым христианам лучше было бы избегать. О чем же мы спорим?

Дискуссия развивается в нескольких измерениях. Самое заметное из них носит чисто политический характер – Москва, во всех своих проявлениях и формах, есть абсолютное зло/добро, все, что делается назло Москве, уже в силу этого подлежит безоговорочному одобрению/осуждению, вопросы о том, насколько такие-то действия разумны, целесообразны и соответствуют каким-либо принципам, не допускаются как изменнические и подрывающие боевой дух. Тут, собственно, и дискуссии нет, а есть обмен репликами, имеющими целью продемонстрировать своей партии беззаветную преданность знамени. Большая часть участников – люди религиозно индифферентные, для которых церковные дела – просто еще один театр военных действий.

Другое измерение – каноническое. Люди углубляются в древние тексты и исторические прецеденты, чтобы обосновать правоту Москвы или Константинополя. Хотя на этих усилиях лежит тень подозрения в политической ангажированности, разговор идет все же о неких внутрицерковных реалиях. И здесь я должен заметить, что доводы ученых канонистов в пользу позиции Константинополя для меня разбиваются о два, по крайней мере, соображения. Во-первых, в 2014 году Патриарх Варфоломей поздравлял митрополита Онуфрия с избранием, и еще в 2016 году признавал его полномочия – ни каноны, ни исторические прецеденты с тех пор не изменились, сам владыка Онуфрий не совершил никаких канонических преступлений, и поверить, что еще пару лет назад каноны предписывали Патриарху Варфоломею одно поведение, а теперь – совсем другое, не представляется возможным. Во-вторых, обещания Константинополя «уврачевать раскол» кончились (ожидаемо) только ухудшением раскола, и если на Фанаре не предвидели такой результат, то это признак поразительной некомпетентности, а если предвидели (что, боюсь, больше похоже на правду) – то признак отсутствия заботы о благе Церкви. В обоих случаях притязания на первенство выглядят совершенно неправдоподобными.

Третья сторона происходящего – это вопрос о независимости Церкви и о ее предназначении вообще. Для людей политически ангажированных никакой независимости у Церкви быть не может – все для фронта, все для победы, одна, но пламенная страсть не терпит себе никаких оговорок. Но люди церковные могут вспомнить, что у Церкви есть свое предназначение, не связанное ни с текущим конфликтом, ни с политическими конфликтами вообще. Царство нашего Господа – не от мира сего, Церковь руководит верующих к вечному спасению, а не политиков – к победе на выборах.

И вот с этой точки зрения весь автокефальный проект (я не говорю об автокефалии в принципе, я говорю о том, что происходит сейчас) – пример даже не вкрадчивого и ползучего, а самого грубого и откровенного подчинения Церкви внешней и чуждой для нее повестке дня. Вы можете считать «вековечную борьбу с московским империализмом» делом справедливым и необходимым – но оно от этого не перестает быть внешним. Христос создал Церковь Свою не для борьбы с московским (а равно американским) империализмом. Он даже к римскому империализму, угнетавшему Его родину, был совершенно равнодушен.

«Объединительный собор» представлял собой зрелище настолько неблагообразное, что даже некоторые твердые сторонники Константинополя заметно смутились. СБУ (неуспешно) пыталась загнать епископов УПЦ на это мероприятие при помощи обысков и допросов, активисты блистали злобными кричалками про «московских попов», в президиуме восседал президент светской державы, произносящий речи про то, что «мы не будем больше пить из московской чаши московский яд», и вообще говорил все больше о Москве, а не Христе, а бюджетники, свезенные за казенный счет, встречали известия об исторических решениях съезда не молитвами, а криками «Слава Украине».

Некоторые выражают надежду, что «политическая пыль осядет» и тогда-то и воссияет христианский идеал, но, увы, как показывает исторический опыт, в том числе самый недавний, такие надежды не оправдываются, и нам лучше исходить не из надежд, а из того, что происходит на самом деле у нас на глазах. Государство выстраивает под себя и в своих целях церковную общину, а другую церковную общину объявляет «щупальцами врага».

Иногда спрашивают, будет ли благодать Божия в новосоздаваемой структуре. Я бы сказал – никоим образом не претендуя на то, чтобы указывать благодати Божией, где ей действовать – что благодатная встреча с Богом в Таинствах происходит там, где ее – именно ее ищут. Если человек идет в Церковь, чтобы показать дулю Москве (ну или, скажем, Вашингтону), то дулю он успешно покажет – что же до встречи с Богом, то он ее и не искал.

Если целая структура создается, как об этом прямо заявляется, в геополитических целях, то, возможно, геополитических целей она и достигнет. Что касается вечного спасения людей – то такая цель и не заявляется. Конечно, только Бог знает сердца людей, и Бог судит каждого индивидуально – и кто ищет вечного спасения, тот найдет его. Но Порошенко, Байден, Парубий и другие организаторы нынешней автокефалии явно ищут чего-то другого.


Подписывайтесь на канал Предание.ру в Telegram, чтобы не пропускать интересные новости и статьи!

Присоединяйтесь к нам на канале Яндекс.Дзен!