на наш Телеграм
Сегодня мы вспоминаем событие, которое для современного человека может показаться странным и далеким: Господь Иисус Христос, Создатель закона, добровольно принимает обрезание. Зачем это праздновать? Ведь, как известно, ни один из православных христиан не соблюдает этот ветхозаветный обряд. Более того, апостол Павел говорит о нем порой крайне резко: «Если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа» (Гал 5:2).
Как же совместить этот великий праздник с таким отношением к обрезанию? И что мы, христиане Нового Завета, находим для себя в древнем обряде? Чтобы понять, нужно вернуться к истокам — к тому моменту, когда обрезание было впервые установлено как знак величайшего завета. Бог пообещал Аврааму, что в его потомстве придет Спаситель рода человеческого, в Котором все народы земли получат благословение, вместо проклятия, наследуемого от праотца Адама.
Знак Завета: от Авраама к нам
Впервые заповедь об обрезании была дана Богом праотцу Аврааму. Повелевая ему быть совершенным («ходи предо Мною и будь непорочен» — Быт 17:1), Господь заключает с ним завет и устанавливает видимый знак:
Сей есть завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя: да будет у вас обрезан весь мужеский пол; обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами.
Быт 17:10–11
Это был не просто ритуал. Это была печать, внешнее свидетельство принадлежности к избранному народу Божию, тому народу, от которого должен был произойти Спаситель мира. Господь сразу предупредил о важности исполнения этого обряда:
Необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей, истребится душа та из народа своего, ибо он нарушил завет Мой.
Быт 17:14
Бог повелевает совершать обрезание на восьмой день. И здесь открывается удивительная гармония Божественного установления и природного закона. У новорожденного ребенка система свертывания крови не функционирует нормально. Для этого ему не хватает протромбина — один из белков плазмы, участвующий в процессе свертывания крови. Благодарю синтезу витамина К в печени, к восьмому дню протромбин достигает нормального уровня для того, чтобы процесс свертывания крови проходил хорошо. Таким образом, восьмой день — это момент, когда вероятность опасного кровотечения после обрезания минимальна, а заживление будет наиболее быстрым.
Но важнее духовный смысл. Число семь в Писании — символ полноты, завершенности. Восьмой день — это выход за пределы завершенности, символ новой, вечной жизни, начала нового творения. Обрезание на восьмой день знаменовало вступление младенца в Завет, его духовное «рождение» в народ Божий.
Наречение имени в восьмой день имело особое значение: можно сказать, что оно указывало на призвание, которое человек должен исполнить, став членом Божьего народа. И именно в этот день, в день Обрезания, Младенцу было наречено имя — Иисус (Господь спасает), возвещенное Архангелом (Лк 2:21). Так, с первого дня Своей жизни по закону, Богомладенец свидетельствует миру о значении Своего служения: «Спасет людей Своих от грехов их» (Мф 1:21).
Ограниченность знака и исполнение обетования
Однако само по себе обрезание имело ограниченное значение: оно было необходимо, но недостаточно.
Авраам вошел в завет с Богом по вере еще до обрезания (Быт 15). Когда Господь заповедует Аврааму сделать обрезание, Он говорит о даровании завета (וְאֶתְּנָ֥ה בְרִיתִ֖י — Быт 17:2) и постановлении завета (וַהֲקִמֹתִ֙י אֶת־בְּרִיתִ֜י — Быт 17:7, 19, 21), но не о заключении завета, что было сделано раньше: «В этот день заключил Господь завет с Аврамом» (כָּרַ֧ת יְהוָ֛ה אֶת־אַבְרָ֖ם בְּרִ֣ית — Быт 15:18). При обрезании речь идет об исполнении обещаний завета, заключенного раньше.
С другой стороны, обрезание было необходимым, но недостаточным условием для унаследования Божьих обещаний, данных патриарху. Оно — знак Завета, но не автоматический пропуск в наследие обетований, которое зависит от веры и избрания Божьего и окончательно даруется только во Христе. Так сын Авраама Измаил, хотя и был обрезан, но не стал наследником обетования.
И вот здесь мы подходим к самому главному. В чем же конечная цель обрезания? Ключ — в словах Завета, данных Аврааму: завет поставлен с ним и с его «потомком» в единственном числе: «И поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомком твоим (זַרְעֲךָ֧. Букв.: семя) после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомка твоего (זַרְעֲךָ֧. Букв.: семя) после тебя» (Быт 17:7).
Апостол Павел раскрывает эту тайну: «Потомок… есть Христос» (Гал 3:16). Все обетования Божии — «да» и «аминь» во Христе (2 Кор 1:20). Иисус Христос — единственный истинный наследник Авраама, Тот, в Ком Завет находит свое полное исполнение.
Обрезание Христово: наше обрезание
И вот, воплотившийся Сын Божий, рожденный под законом, добровольно принимает этот знак Завета. Зачем? Не для Себя, но «нашего ради спасения», как говорится в отпусте праздника. Этим Он:
- Подтверждает верность Бога Своим обетованиям, данным Аврааму.
- Всецело отождествляет Себя с падшим человеческим родом, принимая на Себя все «иго» Закона, чтобы исполнить его (Мф 5:17).
- Превращает ветхий знак на плоти в начало нового творения. Кровь, пролитая при обрезании, становится прообразом Его искупительной Крови, которую Он прольет на Кресте.
Апостол Павел пишет: «В Нем (т. е. в Иисусе) вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым» (Кол 2:11).
Из дальнейшего текста мы понимаем, что эти привилегии христианин получает при крещении (Кол 2:12), что и послужило обоснованием для сопоставления таинства Крещения с обрезанием. И здесь — великая тайна нашего спасения. В таинстве Крещения мы не просто омываемся от греха. Мы становимся причастниками этого самого «обрезания Христова». Мы «совлекаемся греховного тела плоти» — то есть сораспинаемся со Христом нашей ветхой природе, умираем для греха (Рим 6:2–7). Мы «облекаемся во Христа» (Гал 3:27) и становимся в Нем истинным «семенем Авраамовым» и наследниками обетования (Гал 3:29).
Обрезание и образ жизни
Повествование о том, как Господь заповедует Аврааму делать обрезание, начинается с Божьего повеления к праотцу ходить перед Ним и быть непорочным (Быт 17:1). Таким образом, обрезание, помимо прочего, было видимым знаком, напоминающем о том, как необходимо жить, чтобы быть участником получения Божьего обещания — непорочным. В этом контексте становится понятно, почему в последующих текстах Священного Писания «обрезание» становится в том числе и нравственной заповедью.
Например, Моисей во Второзаконии говорит народу: «Итак, обрежьте крайнюю плоть сердца вашего и не будьте впредь жестоковыйны» (Втор 10:16). Пророк Иеремия призывал народ: «Обрежьте себя для Господа и снимите крайнюю плоть с сердца вашего, мужи Иуды и жители Иерусалима» (Иер 4:4). Знак на теле должен был соответствовать внутренней преданности и нравственной чистоте. По сути, пророки призывали народ жить в соответствии с тем заветом, печатью которого было физическое обрезание: жить, как люди, вступившие в завет с Богом, жить так, как должен жить народ Божий. И, конечно, этот аспект обрезания также находит свое исполнении в Иисусе Христе — Единственном Человеке, который был непорочным, в полном смысле этого слова.
Праздник верности
Праздник Обрезания Господня — это не архаичное воспоминание об отмененном обряде. Это праздник верности Божией, праздник вхождения Христа в историю спасения, праздник нашего собственного духовного обрезания.
Мы не обрезываем плоть, но в нас совершается «обрезание сердца», которое было предсказано еще в Ветхом Завете:
И обрежет Господь, Бог твой, сердце твое и сердце потомства твоего, чтобы ты любил Господа, Бога твоего, от всего сердца твоего и от всей души твоей, дабы жить тебе.
Втор 30:6
И, конечно, это не результат наших усилий и стараний, но плод благодати Того, Кто Сам, будучи безгрешным, принял знак закона, чтобы освободить нас от его проклятия и даровать нам новую жизнь в Духе Святом.
«Не устыдился Всеблагой Бог быть обрезанным плотским обрезанием», — воспевает Церковь. И мы, благодарные, взирая на смирение воплотившегося Бога, учимся от Него послушанию, верности и прикладываем все усилия, чтобы быть непорочными, что и есть истинное обрезание во Христе Иисусе, Господе нашем, как пишет апостол Павел: «Обрезание — мы, служащие Богу духом, и хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся» (Фил 3:3).
