Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

Ричард Докинз о первопричине всего

В своем знаменитом памфлете против веры в Бога Докинз, помимо прочего, разбирает аргумент креационистов о том, что гармоничное сложное целое не может возникнуть без сознательного замысла и разумной первопричины. Докинз парирует, спрашивая, откуда взялась сама первопричина. Этот вопрос основан на предпосылке, что все должно иметь причину своего существования в чем-то другом. Если сложный мир был вызван из небытия разумной причиной, эта причина должна быть еще сложнее, а это, по мнению Докинза, ставит вопрос о том, кто вызвал к жизни эту еще более сложную причину.

Единственное, что он здесь, видимо, допускает, — это, что разумная причина появилась благодаря какой-то предшествующей ей другой разумной причине. У той причины, в свою очередь, должна быть своя причина и так до бесконечности. Таким образом, если мир возник по разумной причине, то история до возникновения мира должна представлять собой бесконечную последовательность причин с бесконечным же убыванием их сложности от одной к другой. Поскольку такая картина прошлого выглядит абсурдной, Докинз делает вывод, что аргумент о необходимости разумной первопричины является ложным с самого начала.

Какую альтернативу предлагает Докинз? Он полагает, что сложное может возникать из более простого благодаря естественному отбору. Последний является универсальным принципом, действие которого в биосфере является лишь частным случаем. Дальнейшее развитие науки, как он ожидает, позволит продемонстрировать действие этого принципа и при возникновении Вселенной со всем ее содержимым. Таким образом, история, согласно Докинзу, выглядит как последовательность неразумных мертвых причин с возрастанием их сложности.

Возникает вопрос, является ли эта последовательность бесконечной или конечной. В первом случае мы получим бесконечную последовательность причин возрастающей сложности. Этот вариант выглядит не менее абсурдным, чем бесконечная последовательность убывающей сложности. Разница лишь в том, что в одном случае в бесконечном прошлом у нас должна быть бесконечно сложная причина, а в другом — бесконечно простая. Да и вообще, идея бесконечной последовательности едва ли устроит хоть кого-нибудь. Со времен Гегеля это называется «дурной бесконечностью» и отвергается.

Остается лишь конечная последовательность причин, что сообщает первому члену этой последовательности все свойства первопричины. То, что было в начале, является причиной всего остального, но не имеет причины своего существования в чем-то другом.

Теперь можно вернуться к вопросу Докинза, откуда взялась эта первопричина. Если мы исключаем бесконечную последовательность причин как абсурдную, остается один ответ — ниоткуда. Первопричина обязана своим существованием лишь самой себе. А что было до того как первопричина вызвала из небытия свое первое следствие? Неизбежный ответ — первопричина просто существовала, не вызывая из небытия ничего помимо самой себя. И сколько же длилось такое существование? Опять-таки с необходимостью придется ответить — бесконечно.

Однако Докинз этот вариант не рассматривает. По его словам, если у мира есть разумная причина, у этой причины тоже должна быть причина, и никак иначе. Видимо, гипотезу об извечном существовании первопричины он отвергает как еще более абсурдную, чем бесконечная последовательность причин. Здесь он, вероятно, рассуждает как София в “Sophies of the World”: все, что мы наблюдаем, имеет начало, представить вещь, которая начала не имеет, невозможно, значит, такая вещь просто невозможна.

Однако такая логика кажется довольно ущербной, если сравнить ее с большинством философских традиций или с современной физикой. Во многих древних философиях мир выводился из первоначального хаоса, который уже существовал извечно. Другие, как? например, религия Моисея, выводили мир из разумной причины, которой опять-таки уже ничего не предшествовало. Материалисты, от Демокрита до Маркса, считали извечно существующей материю, наделяя ее при этом еще и творческой способностью. Материя может мыслиться не только как некая потенция, но и в законченном виде — как готовая вселенная, и до распространения теории Большого Взрыва материалисты, включая марксистов, полагали, что Вселенная существовала всегда. Значит, философская мысль, будь то религиозная или атеистическая, древняя или современная, вполне допускает вечное существование чего-то первичного.

Второй момент: вечная первопричина представляется невозможной, поскольку мыслится в контексте определенного понимания времени. Время рассматривается как среда, в которой только и может что-либо существовать. Эта среда не является нейтральной, она накладывает определенные ограничения. В ней все должно находиться в процессе возникновения, становления, изменения. Поскольку мы мыслим время как обязательную предпосылку существования чего угодно, мы и не можем себе представить что-либо, никогда не возникавшее и вечно тождественное самому себе.

Иными словами, Докинз, и вместе с ним многие другие современные мыслители, неявно рассматривает время в качестве некоей первичной потенции, существовавшей всегда. Но эта предпосылка отнюдь не является обязательной. И отвергалась эта предпосылка не только древними авторами Библии, но и современной физикой. Ведь теория относительности в качестве относительного рассматривает и время. Допускается, что до Большого Взрыва никакого времени просто не было. Это позволяет рассматривать точку бесконечной плотности, из которой возникло все, как существовавшую извечно. Другая возможность — это то, что точка является лишь одной из фаз жизненного цикла Вселенной. В таком случае сама Вселенная в разных формах оказывается существующей извечно, как всегда и думали марксисты.

Итак, что-то должно существовать всегда и предшествовать всему. Это может быть живое самосознание или мертвый безличный принцип. И нет никакой необходимости выводить это из чего-то еще.

Хотя наука в наши дни и добилась впечатляющих успехов во всех областях, основные гипотезы, которые она рассматривает, по существу, не многим отличаются от тех, что выдвигали древние мифотворцы и философы. У истоков нашего мира либо первоначальный хаос, мрак и пустота, либо разумный замысел. Имеющиеся научные данные не позволяют отвергнуть какую-либо из этих гипотез. Поэтому утверждение Докинза о том, что Бога «скорее всего» не существует, не имеет основания в науке, к которой он постоянно апеллирует.

Источник: ЖЖ автора