на наш Телеграм
Вместе со священником Александром Сатомским мы собрали 6 ветхозаветных эпизодов, где Пасха еще не названа, но уже ожидается.
Мы продолжаем рассмотрение истории из Книги Исход в контексте приближающегося праздника Христова Воскресения. Сегодня крайне важная тема, соотнесенная не только с Пасхой, но и с тем, что мы вспоминаем значительно чаще, чем единожды в году. Мы поговорим о манне.
В христианской традиции рассказ о манне через евангельское повествование очевидно соотнесен с темой таинства Причастия. Христос говорит собравшимся: «Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли. Хлеб, который даю Я, ведет в вечную жизнь». А дальше Он скажет о том, что Я и есть этот хлеб. Тот, кто вкушает Меня, жив будет Мною.
Святитель Иоанн Златоуст по этому поводу заметит: не единожды в году празднуем мы Пасху Господню и даже не еженедельно. Всякий раз, когда мы причащаемся, мы причащаемся воскресшему Христу. Мы причащаемся победе Бога над грехом, страданием и смертью. Поэтому на самом деле, причащаясь Христа, мы празднуем Пасху ровно столько раз, сколько к этому самому причастию стремимся и подходим.
Ропот у котлов с мясом
Что нам говорит об этом ветхозаветный текст? В 16-й главе Книги Исход мы читаем:
И двинулись из Елима, и пришло все общество сынов Израилевых в пустыню Син, что между Елимом и между Синаем, в пятнадцатый день второго месяца по выходе их из земли Египетской. И возроптало все общество сынов Израилевых на Моисея и Аарона в пустыне. И сказали им сыны Израилевы: о, если бы мы умерли от руки Господней в земле Египетской, когда мы сидели у котлов с мясом, когда мы ели хлеб досыта! Ибо вывели вы нас в эту пустыню, чтобы все собрание это уморить голодом.
И сказал Господь Моисею: вот, Я одождю вам хлеб с неба, и пусть народ выходит и собирает ежедневно, сколько нужно на день, чтобы Мне испытать его, будет ли он поступать по закону Моему или нет. А в шестой день пусть заготовляют, что принесут, и будет вдвое против того, что собирают в прочие дни.
Чистое чудо сорокалетней регулярности
Манна, хлеб небесный. Есть масса попыток соотнести это явление с чем-то реализуемым внутри природного цикла. Мы уже говорили: казни египетские и даже переход через Чермное море можно попытаться интерпретировать через природные явления. Но с манной это самое затруднительное дело. С чем бы мы ни пытались ее соотносить, что бы мы здесь ни видели, ее экстраординарный характер проявлен в ее абсолютной регулярности. Не время от времени, не в разных объемах.
Как часы, каждое утро на протяжении сорока лет подряд она будет выпадать, за исключением субботы. Конечно, такая регулярность просто не может быть вписана в рамки какого угодно природного цикла. Перед нами чистейшее чудо Господне.
Испытание доверия
Но и в этой теме такого абсолютного Божьего действия в истории мы сразу видим несколько очень понятных нам эпизодов. Бог говорит, что это чудо связано не только с Его действием, но и с верой принимающих. «Я посмотрю, — говорит Бог, — как они будут исполнять Мое слово».
Дальше, если вы почитаете главу до конца, сюжет вам известен. Сработала старая поговорка про то, что на Бога надейся, но сам не плошай. «Конечно, хорошо, что Бог обещал давать это каждый день. Но планы Божественной канцелярии — штука такая. Давайте сразу сделаем запас, а там будет видно». И нашлись такие. Текст аккуратно говорит, что были люди (число их неизвестно, но подозреваем, что немало), которые сразу поставили эксперимент, набрав манны впрок. И на следующее утро все сгнило.
Эмпирика — важный эпизод в развитии нашей духовной жизни. Ряд вещей мы понимаем не через теорию, а только через регулярную практику.
Бог как Искупитель
Манна — это учительство, предложенное Богом внутри истории обретения свободы. Свобода ни в коем случае не является ситуацией брошенности. Не так, что вас вырвали от хозяев и предоставили самим себе.
В ветхозаветной традиции есть важная категория — Гоэль, искупитель. Это тот, кто, будучи связан с тобой узами родства, имеет к тебе обязательства. Например, обязательства выкупа из долгового рабства. Эта близость, это родство побуждает человека беспокоиться о судьбе своих близких.
Таким искупителем для Израиля является его Бог. Он не случайно говорит: «Израиль — первенец Мой». О ком Мне бдеть, как не о них? Выводя их в свободу, Бог ни в коем случае не бросает их в произвол. Он идет с ними рядом, наставляет, временами держит за руку. Но вдолгую — это разговор прохождения в свободе в свете присутствия Божия. Бог рядом, но не живет жизнь за тебя. Ты осуществляешь свою свободу.
Пока это еще ранний этап. Пока народ обрел свободу только формально. И Бог опредмечивает Свою заботу: и сегодня, и завтра, и послезавтра, во всякий день Я помню о вас. Но опредмечивает и доверие Израиля к Себе. Доверься Мне и сегодня, и завтра, и послезавтра.
К нашей жизни это имеет прямое отношение. Мы концептуально понимаем, что Бог и велик, и всесилен, и благ. Но как это соотносится с нашими личными историями? Понятно, что Бог любит всех. Но значит ли это, что и меня? Понятно, что Бог бдит о всем мире. Но прямо и обо мне?
Пока мы не научимся этому соприсутствию, мы будем похожи на тех людей, перед глазами которых каждое утро выпадает манна и которые время от времени на всякий случай складывают ее в сосуд и смотрят: гляди-ка, и на это утро тоже сгнила. Это долгое учительство. Бог будет учить этому сорок лет.
Надоевшая свобода
Но есть еще один неприятный тезис. Достаточно быстро Израиль скажет: «Знаете, это очень мило с вашей манной, которая по вкусу как кориандровое семя, лепешки с медом. Но имейте совесть, невозможно есть это каждый день! Давайте позаботимся о базовом разнообразии. Вы вообще-то взяли на себя обязательства, выводя нас из комфортного рабства в эту жуткую свободу. Вы должны были подумать об этом».
Звучит дико и саркастично, я это так и подаю. Но к глубокому сожалению, время от времени в наших отношениях с Богом, если мы не опредмечиваем это словами, то где-то на подкорке примерно так и думаем. «Господи, я оставил все и последовал за Тобой. Где результат? Я помню, что там было, и ряд вещей мне сильно нравился. Почему сейчас я живу в этом? Где Твоя забота, рука и переживание обо мне?»
Это очень похожая история. Мы увидим, что до определенного момента Бог будет идти даже на этот разговор. Надоела манна? Вот вам перепелов.
Один и тот же дар на разных этапах
Но есть одно «но». Перепела до Синайской горы — это просто ответ на стоны Израиля. Перепела после Синайской горы — это уже практически наказание.
Одни и те же вещи на разных этапах развития нашего внутреннего человека, формально выглядя одинаково, могут представлять собой диаметрально противоположное.
Да, Бог и в одном, и в другом случае дает нам ходить по желанию сердца нашего. И в одном, и в другом случае это желание было невелико и понятно. Но где-то мы наблюдаем, как Он педагогично терпит это без всяких последствий. А где-то ситуация изменяется не в лучшую сторону именно ввиду этого нашего самохотения.
