на наш Телеграм
Вместе со священником Александром Сатомским мы собрали 6 ветхозаветных эпизодов, где Пасха еще не названа, но уже ожидается.
Знамение, большее чем кит
Одной из книг, которую мы услышим в святые дни Страстной седмицы и которая будет прочитана целиком, станет Книга пророка Ионы. Ее появление в богослужении вполне очевидно проистекает из новозаветного учительства. Сам Христос говорит о знамении пророка Ионы как о единственном экстраординарном знамении, которое Он может предложить и Своим последователям, и оппонентам. Как Иона пробыл во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий пробудет в чреве земли три дня и три ночи.
Но есть важное «но». В маленьком повествовании о Ионе всех привлекает невероятная история о чудесном спасении пророка. Этот драматизм его противления возложенной миссии, парадоксальность действия Божия, избавление и осуществление миссии — кит затмевает всё. Но в Книге Ионы есть радикально значимый тезис, который мы за занимательностью почти не видим. При этом, повторюсь, всё в книге важно.
Ревность, которая оборачивается бегством
Мы видим и с собой прекрасно соотносим пример непослушания воле Бога. Иона бежит в Фарсис, потому что его ужасает миссия и проповедь в столице Ассирии, в Ниневии — ужасном государстве, которое постоянно представляет огромную опасность для Израиля. Но когда он переживет ситуацию с китом, то в своем диалоге с Богом уже к концу книги скажет: вот видишь, я же поэтому бежал от этой миссии. Не потому, что боялся проповеди в Ниневии, а потому, что знал: Ты милосерден, и в итоге моя миссия пройдет напрасно.
Вот как у великих пророков. Исайя сказал — Иерусалиму гореть, и Иерусалим горел, и все запомнили, что как сказал, так и было. У всех пророков всё сбывалось. А какой толк от пророка, чье пророчество не сбылось? Красивая подача, не спорю.
Милосердие как главный нерв
Но к чему весь этот разговор? К чему тогда вся эта миссия? Бог настаивает на проповеди Ионы, не планируя сделать с Ниневией ничего ужасного. Пророческое слово — это истинная воля Бога. Иона, проповедуя, говорит о реальности, которая может воплотиться: еще несколько дней, и Ниневия погибнет. И здесь мы видим, как соотносится воля Господня с нашими свободами и действиями. Ниневитяне оказались внимательнее к слову Божию, чем иерусалимляне. Иона проповедует несколько дней — и город в прахе и пепле раскаивается в своих злодеяниях. Исайя проповедовал всю жизнь и не был услышан.
Это многое говорит нам о том, как Бог действует в мире, и как разные люди — даже те, кого мы считаем неправильными или вообще безрелигиозными, — могут лучше слышать и понимать волю Господню, чем мы с вами.
Но главный нерв этой книги — в безусловном Господнем милосердии. Его много и в личной истории Ионы. На всех этапах: корабельщики, которые будут спасены в эту бурю; Иона, который спасется в ките. Но главное — в ниневитянах.
Ниневия и Ассирия — одна из самых ранних мировых империй. Государство, своей военной машиной держащее в ужасе всех соседей. Сама мысль о том, что Бог может иметь к ним милосердие, скандализирует Иону. Какое милосердие к нашему прямому врагу? Конечно, хорошо, чтобы Бог уничтожил их. Это же мы Его община, у нас с Ним завет, а они никто.
Бог, Который не мстит
Уже вся подача этой книги парадоксальна от начала до конца. И она полностью совпадает с новозаветным учительством. Когда Христос говорит с креста: «Отче, прости им, они не знают, что делают» (Лк 23:34), — это не поза. Он не хочет подчеркнуть Свою правоту и Свою праведность по сравнению с ними. Ему это и не нужно делать. Он думает так на самом деле. Он с креста действительно ищет прощения тем людям.
Человеколюбивая христианская традиция много чего интересного расскажет нам про Каиафу, про Пилата, да даже Саломею мы не забудем. В разных поздних текстах мы встретим что-нибудь типа: Каиафа был застрелен на охоте, Саломея, которая так успешно танцевала, что выпросила себе голову Иоанна Крестителя, провалилась под лед, зацепившись головой за льдину, пока ей не перерезало шею, — старые добрые византийские историки любят этот рассказ. С Пилатом тоже произошли какие-то жуткие вещи.
А правда в том, что всё это неправда. Каиафа прожил свою жизнь, умер и приложился к отцам своим. Оссуарий с останками этого первосвященника был найден в Палестине. Саломея прожила долгую жизнь — своеобразную, в традициях собственной семьи (из серии «я был пять раз в браке, и все удачно»), но тем не менее она прожила ее, нарожала детей и упокоилась в мире.
Пилат не так чтобы сильно успешно закончил карьеру, но у него и должность была нервная. Ни про кого из них нельзя сказать, что Бог потом сознательно и долго уродовал их, воздавая за их зло. Это невероятно, это в нашу картину мира почти никак не попадает. Но текст настаивает на этом самым радикальным способом — прямо внутри Книги Ионы.
Растение, которое жалко
И вышел Иона из города, и сел с восточной стороны у города, и сделал себе там кущу, и сел под нею в тени, чтобы увидеть, что будет с городом.
Иона не теряет надежды.
И произрастил Господь Бог растение, и оно поднялось над Ионою, чтобы над головой его была тень, и чтобы избавить его от огорчения его. Иона весьма обрадовался этому растению. И устроил Бог так, что на другой день при появлении зари червь подточил растение, и оно засохло. Когда же взошло солнце, навел Бог знойный восточный ветер, и солнце стало палить голову Ионы так, что он изнемог и просил себе смерти, и сказал: «Лучше мне умереть, нежели жить».
И сказал Бог Ионе: «Неужели так сильно огорчился ты за растение?» Он сказал: «Очень огорчился, даже до смерти». Тогда сказал Господь: «Ты сожалеешь о растении, над которым ты не трудился и которого не растил, которое в одну ночь выросло и в одну же ночь пропало. Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой, и множество скота?»
Текст заканчивается молчанием Ионы. Мы не знаем, насколько пророк сумел принять это учительство Божие. Но этот текст предельно остроумен. Во-первых, Иона не теряет надежды, что город будет уничтожен. Во-вторых, Бог проводит с ним очередной учительный эпизод — по силе не меньше, чем эпизод с китом, просто не такой эффектный. Он взращивает над ним растение, которое покрывает его тенью, и Иона, конечно, считывает это как знак Божьего благоволения. Богу настолько не всё равно, Он так благодарен этому праведнику за то, что он трудится на Его ниве, что хранит и оберегает его.
Но к следующему утру от этого растения не осталось ничего. Так Богу не всё равно или всё равно? А оказывается, это педагогический ход. Тебе жалко то, над чем ты не трудился и к чему никак не прилежала рука твоя.
Неужели не пожалеть Мне людей, которыми Я завершил творение мира, после которых не творил больше ничего, — Мой образ в этом мире, сколь бы темен и мрачен он ни был?
Молчание пророка и полнота Нового Завета
Вот на самом деле в огромном объеме — не только ситуация с китом и пребыванием во чреве — книга Ионы связана с Новым Заветом. И этим учительством.
То, чему Господь учит Иону в этой книге, в полноте реализует Христос — в рамках не столько собственной проповеди, сколько собственной жизни, смерти и воскресения.
