Я пришел в Церковь с черного хода, поблуждав по черным тропинкам

Ольга Лебединская

Внештатный сотрудник фонда «Предание», журналист, продюсер, организатор кинопроизводства.

Игорь Капранов в составе группы «Ауткаст»

Интервью с Игорем Капрановым, фронтменом группы «Ауткаст», мы записывали 23 февраля в прямом эфире нашего инстаграма. Возможно, если бы это было сделано позже, вопросы были бы другие. Но в любые, а тем более такие непростые времена, тема встречи со Спасителем остается самой важной в нашей жизни. Как меняется все, когда эта встреча происходит? Что делать, когда зашел не туда? И когда начинаются чудеса? Личный опыт человека и музыканта, дороги которого никогда не были прямыми.

Не человек приходит к Богу, а Бог приходит к человеку

В моей семье никто не был верующим. И никаких разговоров на религиозные темы тоже не велось. Хотя меня крестили в раннем детстве. Тогда это не поощрялось, нигде нет записей о моем крещении. Осталась только маленькая иконка Спасителя с датой.

Интерес к теме Бога пробудился в подростковом возрасте, классе 10–11-м, когда у нас начали преподавать философию. Я познакомился с разными философами. Прочитал «Сумерки богов», где Ницше провозгласил свое знаменитое «Бог умер…» Увлекался Камю и прочими последовательными атеистами. О Боге в то время информация ко мне поступала скорее в негативном ключе. Если можно выбрать кривые дороги, то я рос среди кривых дорог. Они никогда не были прямыми.

Когда человек начинает осознавать себя в этом мире, он понимает, что есть нечто большее, чем он. Но что именно, сформулировать еще не может. Для этого требуется некая личная встреча с высшим началом. Но не человек приходит к Богу, а Бог приходит к человеку. Он может встретиться с ним в самые разные моменты жизни, совершенно неожиданные.

 

Не любое проявление сверхъестественного от Бога

Вокруг нас есть много разных потусторонних вещей. И некоторые на этом спекулируют. Могут назвать любое проявление сверхъестественного проявлением Бога. Но это далеко не всегда так.

Требуется лично прочувствовать и пережить встречу, чтобы увидеть, что Бог — не просто абстракция. В моем случае так и произошло. Я в конкретной личности, в Христе, увидел и Бога, и человека. Осознал всю эту глубину.

В Книге Иова говорится, что Господь на протяжении жизни обращается к человеку два или три раза. И если он отзывается на эти зовы, то Бог появляется в его жизни. А может и не появиться, если Он там будет совершенно лишним.

Но Бог терпелив, Он ждет. Как говорят многие отцы, когда Бог создавал человека, Он шел на риск. Прежде всего этот риск связан со свободой выбора и даже свободой от самого себя. Это очень сильные слова. Бог не навязывает Себя, не обрушивается на человека каскадом чудес, заставляя поверить. Он не нажимает с помощью обстоятельств, которые заставили бы человека прийти к Нему.

Игорь Капранов на выступлении группы Amatory

Я пришел в Церковь с черного хода, поблуждав перед этим по черным тропинкам. У меня были разные увлечения восточными учениями, йогой. В рэйки я получил высшую степень мастера. И надо сказать, что все это работает. Человек ощущает действие этой энергетики в своей жизни.

 — А что значит работает, и как это ощущается?

— Как вода из крана течет, ты чувствуешь присутствие потока энергии. Есть огромное количество разных энергий, не только рэйки. Вопрос в их источнике и в том, как это подается.

Многие не обладают критическим мышлением. Только с течением времени человек может отделить полезное от неполезного. Как ребенок, который идет и на ощупь осваивает этот мир.

Я все практики оставил 12 лет назад, когда осознал себя православным христианином. Не так много времени прошло. Я в самом начале пути. Но в Православии нет определенного срока, после которого тебе ставят галочки в зачетах.

Таких ясных небесных глаз я не видел нигде

12 лет назад я впервые попал на Валаам, поехал туда со своим другом Артемом, который к тому времени уже жил там. С ним мне было не так страшно. Была вероятность, что меня не примут из-за моих татуировок, внешнего вида или еще чего. Ведь у каждого, кто впервые переступает порог Церкви, есть страх сделать что-то не так. Люди внутри Церкви тоже разные. И запросто могут пропесочить за что угодно. Неофиту нужно иметь определенное терпение, желание докопаться до истины.

Игорь Капранов во время первой поездки на Валаам

Это было удивительное путешествие. Валаам — жемчужина Ладожского озера, остров, который отделен от материка. Зимой туда попасть особенно сложно, и мы проделали длинный путь. На машине доехали до Сортавалы, там заночевали, утром нашли место на воздушной подушке и несколько часов добирались по льду. Уже сама дорога настраивала на определенный лад.

Первое впечатление, когда ты ступаешь на остров, — это люди, которые тебя встречают. Таких ясных небесных глаз я не видел нигде. Нас сразу отвезли в скит Всех Святых. В то время он был в первозданном виде. Там не было ни электричества, ни горячей воды. Храм, 12 домиков с печным отоплением да монастырская трапезная в одной из келий. А вокруг зима. Заканчивался Великий пост, Страстная седмица.

Валаамский монастырь. Скит во имя Всех Святых

На меня никто не обращал внимания. Я просто сидел на скамеечке, смотрел, как протекает служба. А она шла и днем, и ночью. Все просыпались в 12 ночи от звука колокола. Представьте себе зимнее небо, вокруг нет города, который отсвечивает, видны звезды, луна. И необыкновенный благовест колокола, который зовет на службу. Ты выходишь в морозную ночь, а люди с разных сторон со свечками и фонариками текут к храму. Они молятся всю ночь, причащаются и где-то в 5 утра расходятся. А в 9 утра начинается новый день.

И начались чудеса

К Великой среде, когда я прожил в такой атмосфере несколько суток, именно не дней, а суток, у меня возникло желание с кем-то поговорить. Так я познакомился со своим будущим духовником — схиигуменом Серафимом (Покровским), духовным сыном архимандрита Софрония (Сахарова).

Мы с ним разговаривали, вернее, спорили. Я сыпал цитатами из фильма «Дух времени». «Я не знаю, что такое Бог, но я знаю точно, что Им не является», — говорил я.

Архимандрит Софроний (Сахаров) и схиигумен Серафим (Покровский), ныне начальник скита во имя Всех святых Валаамского монастыря

Отец Серафим не пытался меня переубедить, но мы с ним как-то неожиданно нашли контакт. И в тот же вечер я впервые в жизни исповедовался. И начались чудеса. Господь потихонечку начал касаться моего не оформившегося мышления.

 — Чудеса? А можно поконкретнее?

— Я приехал с фурункулом в ушах. Это хронический, болезненный процесс. Мне периодически операцию делают. Так вот, в Великую среду я соборовался, исповедовался, а утром проснулся, у меня ничего не болит. Это было первое чудо.

В Пасху я впервые причастился, воскрес для Бога. Для меня это было действительно воскресение: я узнал во Христе своего Спасителя, своего истинного Бога. Личность, которая открылась мне в один момент, все переломила, Он перестал быть каким-то мифом. Я всем своим существом ощутил радость встречи с Духом Святым. Сейчас у нас как-то не принято говорить об общении с Духом Святым. Хотя именно об этом много говорил преподобный Серафим Саровский. Намекал, что именно из этого общения человек и может узнать во Христе истинного Бога и человека. Познать Бога Отца и Святую Троицу.

У меня так и произошло.

Я воскрес для Бога в тот день, и для меня воскресение и радость этого возгласа: «Христос Воскресе!» звучали везде. Я просто летал, наполненный благодатью. И это было главное чудо.

Вернулся с Валаама совершенно другим, абсолютно уверенным и удостоверенным Богом и Духом Святым, верующим человеком. Так начался мой путь в Православной Церкви. Я осознал, что это моя Церковь. Но вместе с тем я понимал, что ничего не знаю, всему нужно учиться, и я учусь до сих пор. А начал с трудов преподобного Силуана Афонского и архимандрита Софрония (Сахарова).

Выбор был такой: или Христос, или конец

Очень быстро благодать, которая была со мной неделю, расплескалась. И мне захотелось ее вернуть, жажда появилась. Эту жажду ничем нельзя было утолить. В этой жизни ничего даже близко к этому нет. Наркотики и алкоголь никак это не могут заменить.

Тут подходят слова преподобного Серафима Саровского: «Как стяжать Духа Святого Божия в нашей жизни».

Но моя жизнь в тот момент не стала сразу такой, как сейчас, а наоборот. Представьте картину: КамАЗ несется на всей скорости с горы в гололед, ты жмешь на тормоз, а он не тормозит. И ты всем своим весом несешься дальше. В моей жизни происходило именно так. И я понимал, что мои страсти, темная сторона моей жизни берет верх. Зависимость от наркотиков, алкоголя перешла предельный порог.

Пришло четкое осознание: если я сейчас не остановлюсь, это конец. Нужны были радикальные меры. Я прекратил всю свою деятельность, обрубил все контакты и просто уехал на остров. И прожил там год.

 — Чем вы занимались на острове?

— У меня было много разных послушаний. Был трапезником, водителем, Псалтирь читал. Там была размеренная спокойная монастырская жизнь. Много интересных неожиданных встреч происходило. Особенно с музыкантами. Ты по своей наивности думаешь, что люди приезжают влекомые Богом. А им надо переломаться от зависимостей. Но когда они там оставались, спустя какое-то время Господь их тоже касался. И жизнь их менялась.

Любой наркоман или алкоголик хочет употреблять и пить как нормальные люди. А это невозможно. И если есть длительный перерыв, это срабатывает, как резинка у рогатки. Оттягивается, оттягивается, оттягивается… Человек при малейшей возможности возвращается на этот путь. И это приводит к смерти. В моей жизни очень много людей умерло именно таким образом…

Научиться быть благодарным за все

 — А как пришло понимание, чем заниматься в жизни дальше?

— Я прожил на острове год и понял, что монашество — это не мое. А у православного два пути: «рано стригись или рано женись». И я женился. Мне повезло. С Екатериной мы похоже мыслим о мире, о Боге. Да даже о юморе. Мы вместе уже 10 лет.

 — Как изменилась ваша жизнь, когда вы стали христианином?

— Круто изменилась. Ты начинаешь проживать любые события, какими бы они ни были, с таким чувством, с евангельским словом: «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин 1:5). Что бы ни происходило, ты веришь, что будет в конце туннеля свет.

Самый важный момент — научиться быть благодарным за все. За каждый день, за каждую мелочь.

«Евхаристия» по-гречески означает «благодарность». И главная наша служба тоже называется Евхаристия, благодарность Богу. Она не должна ограничиваться рамками храма, а должна продолжаться в жизни человека. Надо ее культивировать в себе. Тогда начинаются чудеса, совершенно нежданные. И многие захотят к тебе присоединиться, к этой вот твоей радости и благодарности.

Самый лучший способ чему-то научиться — преподавать другим

 — У вас никогда не было мысли стать священником?

— Нет, я думаю, что это особое призвание. Даже скорее Божие касание. Призыв, который тебя ведет служить. И призывает именно Бог.

Есть такой схиархимандрит Гавриил (Бунге). Он много лет прожил в общежитии, и когда ему исполнилось 60 лет, получил призыв уйти в пустыню. Ему говорили: ну куда ты пойдешь? А он отвечал: нет, это призыв Божий. Сейчас ему 80 лет, и он живет в пустыне. Это некое соработничество с Богом: часть от тебя, часть от Него. Тогда это правильный путь. И если возникают трудности, они преодолеваются.

— Расскажите о вашем миссионерском опыте.

— Когда ты познакомился с Божьей радостью, ею хочется делиться. Нормально и естественно рассказывать своим близким и друзьям, что ты получил. Первое время я вообще не могу об этом молчать. И не понимал, почему другие этого не видят. А потом понял, просто пока Господь пока не коснулся их души. У кого-то хорошее зрение, у кого-то дальтонизм. И ничего здесь не поделаешь. Это такое восприятие мира, в котором нет Бога. И Бог не насилует волю человека, чтобы его заставить верить.

Схиархимандрит Гавриил (Бунге)

Поэтому миссия свидетельства — это естественная история для христианина, как дыхание. Когда я сам начал погружаться в православие, я понял, что у меня огромное количество пробелов. Мне хотелось как-то все это восполнить, научиться. И, учась, делиться с другими. Отсюда возникло много интересных просветительских проектов. Несколько лет действовал открытый лекторий, более 30 часов лекций записаны на YouTube, на канале «Атриум». Много записано лекций и встреч катехизаторского характера. Удалось послужить и в тюрьме.

Самый лучший способ чему-то научиться — это преподавать другим. Через общение с людьми ты больше погружаешься в тему. И можешь ее глубоко познать. Это знание обогащает видение. Мир становится широким, и познавать его еще интереснее.

 — Что для вас вера сейчас?

— Лучше апостола Павла никто не сказал: «осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр 11:1).

Важно научиться самостоятельному прохождению пути. И не бояться никаких рисков, идти, ошибаться и все равно идти. Чтобы путь православия был частью твоих собственных внутренних удостоверений. Потому что нет учебников с готовыми решениями и ответами.

Человеку нужен весь спектр эмоций

 — Многие считают, что рок-музыка, тем более металл, — нехристианское искусство.

— Не нужно ставить в один ряд рок-музыку и духовность. Это вещи разного порядка. Все равно что бойцу на спортивном ринге сказать, что он не может быть православным. Или сварщику, спортсмену, военному. Это просто работа. И не надо пытаться вместить невместимое и совместить несовместимое.

Людям нравится эмоции, которые они могут получать безопасным способом. А человеку нужен весь спектр эмоций, чтобы испытать определенные чувства. Почему люди смотрят ужастики? Они хотят испугаться, но испугаться на диване. Чтобы это было безопасно.

То же самое происходит, когда люди смотрят спорт. На ринге уместно бить друг друга. А в храме неуместно. Так же с музыкой. На концерте уместно кричать, выплескивать свои эмоции, а в храме неуместно. Правильно, потому что это разные вещи.

За многие годы, что я занимаюсь тяжелой музыкой, я получаю много писем. Люди пишут, что наоборот, музыка помогла им преодолеть сложные ситуации в жизни. Для меня это значит гораздо больше, чем кликушество на эту тему.

Единственное, что мы можем сделать, — показать красоту Православия

 — Вы как-то сказали, что сейчас в вашем окружении 95% людей индифферентны к вере, есть даже воинствующие атеисты.

— Да, так и есть. Если заходит об этом речь, я всегда говорю, что думаю. Но сам никогда никому не навязываю свое видение.

Проблема во всеобщей религиозной безграмотности, элементарном незнании базовых религиозных понятий. Неважно, связано это с православием или с исламом. От этого каша в голове у людей. Иногда с этой кашей даже не хочется никак соприкасаться, тем более спорить.

Нужны долгие годы образования или самообразования, какого-то апгрейда интеллектуального. А люди, которые находятся рядом со мной, — взрослые, сформировавшиеся. И не мне их перевоспитывать, говорить, что правильно, что неправильно.

Единственное, что мы можем сделать, — показать красоту Православия, его интеллектуальную глубину и ширину. Если кого-то это коснется, это здорово. Но, повторюсь, может и не коснуться.

— Вы говорили, что ваши татуировки были ошибкой молодости, однако недавно сделали новые…

— Если бы у меня была возможность, я бы сделал все по-другому. Я 12 лет вообще не делал татуировок. Это больно, дорого и навсегда. Не советую. К сожалению, что сделано, то сделано. Приходится работать с тем, что есть.

Но если вам что-то взбредет в голову, и вы захотите это сделать, то сделайте.

Есть даже священники с татуировками. Они делают это для закрытия каких-то своих гештальтов. Ну, значит, для них так надо.

— Как видите свою жизнь лет через пять? Десять? Пятьдесят?

— Не знаю… Я вообще хотел бы просто прожить эти пять, десять, пятьдесят лет. Потому что время сегодня сложное. Никогда не знаешь, когда может закончиться твоя жизнь. Все меняется очень стремительно. Главное, как говорил Форрест Гамп, я хотел бы остаться собой.

Игорь Капранов — с 2019 года вокалист группы «Ауткаст», в прошлом гитарист металкор-группы Stigmata и вокалист группы Amatory.

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle