Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

«Я свободен!», или путь от одиночества к интроверсии

Посвящается всем, кто один.

1

Откуда пошли суть интроверты земли Русския?.. да и не только Русския, но и всех остальных земель. Интроверсия — уход в одиночество или побег из него? А может, и то, и другое? А само по себе одиночество — друг или враг?

После того, как рухнул тихий ад, который окружающие считали моей семьёй, после того, как я осталась совсем одна в огромном и абсолютно не по-дружески настроенном мире, после того, как мне каким-то чудом удалось выжить и снова начать радоваться, поневоле начала задумываться о том, что есть одиночество. Хочу поделиться с Вами некоторыми мыслями и наблюдениями.

Гляжусь в тебя, как в зеркало, до головокружения…

Иногда мне кажется, что глаза других людей — это зеркала. У кого-то прямые, обычные зеркала. У кого-то — чуть розоватые. У кого-то — замызганные пылью, мутные, в которых всё двоится или расплывается. У кого-то зеркала кривые, коверкающие всё, что в них отражается. У кого-то — настолько чёрные, что там не отражается совсем ничего.

2

А иногда думается, что человеческие глаза — это фонари, и что реальность напрямую зависит от освещения человеческими глазами. В бело-голубом свете становится всё как-то просто и понятно. В зелёном порой видишь сквозь стены. В золотистом — просто радуешься этому самому моменту жизни. А бывают фонари-наоборот, которые не освещают, а втягивают свет в себя. Рядом с ними холодно даже в жаркую погоду, и становятся безобразными даже самые прекрасные вещи, события и люди.

Конечно, это только чувства, облечённые в образ. Чувства могут врать. А могут и не врать, не зря ведь они в нас вложены. Все мы чувствуем по-разному, мыслим в разных категориях, видим жизнь под разными углами. Наверное, сколько душ в мире, столько и ракурсов.

Мне дано чувствовать людей, ориентируясь на своё поведение рядом с ними. Под взглядом чёрных «фонарей» и отражаясь в кривых зеркалах, я или замираю вовсе, или начинаю играть чью-то роль, роль нехорошую, мне несвойственную. Отражаться в розовых зеркалах приятно, но нечестно: я — не та, кем они меня рисуют. Легче всего дышится либо без зеркал, либо при прямых зеркалах. Честнее всего поётся в зелёном и бело-голубом свете. В золотистом тоже неплохо, но там нет права на грустинку, так что золотой свет лучше принимать малыми дозами — по праздникам.

Сначала не понимала, почему так. Списывала всё на свою воспалённую мнительность, старалась оспорить чьи-то взгляды, боролась, мучилась… Потом дошло: по вере их да будет им; они крепко верят в меня-плохую, и при них у меня не получается быть другой. Чувствовать людей — это, вроде бы, хорошее свойство, но при отсутствии иммунитета к чужим мнениям (пусть даже невысказанным) оно становится опасным для своего хозяина.

Наверное, моя интроверсия связана именно с этим. Не при всех можно быть собой, не каждый даёт тебе право на честность. Но маска — штука тяжёлая, а душа — хрупкая. От кого-то чужие взгляды отскакивают, как от стенки горох. Мне же, видимо, нужно внимательно следить за тем, чтобы не отражаться не в тех глазах. Это странно, конечно, но факт: женщин моего типа создают взгляды. Под добрыми взглядами растёт доброта. Под злыми — уродство. Или, вернее сказать, юродство, потому что чувствую, что Господь хранит сердце от проникновения внутрь всякой дряни; она остаётся на поверхности и постепенно смывается. Сейчас мне кажется, что дело женщины — фильтровать взгляды, т. е. общаться только с теми, при ком можно быть прекрасной, при ком активизируется всё лучшее, что заложено в нее Художником. А если по каким-то причинам таких людей рядом нет, то не общаться ни с кем. Вообще ни с кем. Не избегать одиночества, а оказать ему почтение, принять, как дорогого гостя.

А вот и оно, одиночество. Ну здравствуй, милое, давай знакомиться. Ты кто еси?

Наизусть я знаю десять тысяч видов одиночеств…

Одиночество — наверное, одна из самых больших человеческих фобий. Я видела людей, которые предпочитают быть не-важно-с-кем, лишь бы не одному. Я знаю женщин, которые выходили замуж из страха остаться одной — и попадали в атмосферу ещё большего одиночества. Как поёт одна девушка: «Кто Вы? Почему Вы в моей постели, или я в Вашей? — Страшно, одному оставаться — страшно». Заметила, что именно страх быть «совсем одной» толкает нас к первым встречным, к тем, кто на поверку оказываются чужими. Страх — плохой руководитель, он кидает нас в лапы тех, кто причинит максимальное количество боли. Ни в коем случае нельзя слушать его россказни о том, как может быть плохо, если его не послушаться. Страх, конечно, всегда логичен, но он — страх, и уже потому доверять ему — опасно.

3

Худший из всех видов одиночества — это, наверное, одиночество в браке. Когда и у мужа, и у жены разные интересы, не совпадает нравственная шкала, когда они, взрослея, не питают друг друга, а калечат, когда в браке нет единого вектора, а каждый живёт отдельной жизнью, когда не о чем дружить, когда объединяют только быт, фильмы и постель… Наверное, это одна из разновидностей ада. Ты, вроде, привык уже жить вот так, и всё у тебя есть, но чувство, что не живёшь, а просто существуешь в каком-то сером пространстве. Внешне ты, вроде, счастлив. А внутри — перманентный голод, на который стараешься уже не обращать внимания, потому что ничего не можешь изменить.

Наверное, страшнее пустого брака — брака, в котором супругам нечем обогатить друг друга, — может быть только богооставленность, которую Христос испытал на Кресте: «Элои! Элои! ламма савахфани?» (Мк 15:34). Вот уж вид одиночества, который и врагу не пожелаешь испытать. Не будем углубляться.

Ещё один вид — одиночество в обществе. Часто — при общении с родными и знакомыми, которые настолько уже привыкли к тебе, что, скорее, рисуют в себе твой образ и общаются с тобой-нарисованным, чем с тобой-реальным. Иногда — на работе, где ты — человек-функция, а по душам поговорить не с кем. Да мало ли таких мест, где можно остаться совсем одному среди людей?

Есть одиночество, которое накатывает, когда ты действительно один. Тебя никто не видит, ты сидишь, допустим, в своей комнате, и плачешь о том, что нет рядом никого родного. Это одиночество, хотя и болезненное, но, как мне кажется, более естественное, чем перечисленные выше. Его мало кто ценит, но в нём есть и своя красота, и свобода. Такое одиночество, если не пытаться бежать от него, со временем перерастает в единочество. А единочество — это поистине чудо.

Я свободен — с диким ветpом наpавне, я свободен наяву, а не во сне!

Единочество — понятие, открытое Юрием Шевчуком: «Я придумал это новое словообразование — «единочество“. Если ты одинок — это очень плохо, а „единочество“ — когда ты один, но в то же время един с этим миром. Ты часть этого мира, травы, неба, рек, людей, зданий — всего, что Господь создал. Это такое сложное русское состояние души».

4

Гармония с природой. Фото Элизабет Гэдд

Моё восприятие этого термина несколько иное, но всё же созвучно с оригиналом. Для меня единочество — это одиночество, превратившееся из врага в союзника. Можно долго и жалостливо ныть, лить горькие слёзы на тему «меня никто не понимает». А можно прореветься всласть, а потом хихикнуть: «Ого! Так меня ведь никто не понимает! Это же здорово! Я — загадка для всех!»

Единочество — это свобода не быть с теми, с кем плохо. Это свобода выбирать для общения тех, кто любит, под чьим взглядом не сгибаешься в три погибели. Это свобода, когда устал от общества, хотя бы то было и общество друзей, тихо уйти от всех без объяснения причин, а когда вздумается, вернуться снова.

Девиз подаренного мне судьбой единочества – «Делай, что хочешь». Хочешь солнышко в душе — сделай его: утешь того, кому тяжело. Или сплети браслет и подари кому-нибудь — просто так, без повода. Хочешь погрустить? — Выбери ту самую песню, которая звучит в унисон с твоей грустью, впитай её до последнего отзвука, надышись ею. Распирает тебя от счастья? — Бери гитару и пой, или даже просто пой, без гитары. Единочество даёт возможность быть собой в любом состоянии, и не надо никому объяснять, почему ты поступил так, а не иначе. Ты так сделал, потому что тебе просто этого захотелось. Единочеству нет предела, его сокровища неисчерпаемы, а запрет всего один — нельзя желать кому-либо зла.

Я знаю здесь всех — и светлых, и тёмных, но не знаю того, кто здесь не один

Странные дела: среди людей — одиноко. В одиночестве — хорошо. Почему?

Точного ответа у меня нет. Есть предположение, которое сейчас вполне меня удовлетворяет, однако не факт, что удовлетворит и читателя: я знаю, что со мной всегда Тот, Кто поймёт без слов, Кому не нужно ничего объяснять или доказывать, Кто в любой ситуации примет меня вне зависимости от того, красива я или нет, Кто любит меня целиком, со всеми моими недостатками, причудами и экивоками, со всей моей неправильностью. Он смотрит на меня — и при Нём не хочется быть ни плохой, ни хорошей, а хочется быть настоящей — той самой, кем Он меня придумал. Я ещё не вполне знаю, кто я, но Он — мой Автор — знает, и потому мне спокойно. Он пишет меня как картину, как роман, лепит, как скульптор, и далеко не всегда посвящает меня в Свои планы обо мне же. Его взгляд созидает.

Не каждый умеет смотреть вокруг Его глазами — глазами Любви. Поэтому, находясь в обществе, иногда чувствуешь что-то типа шумов, затуманивающих реальность, мешающих чувствовать Его взгляд.

«Не горюй, Заяц, все мы – одни». (С. Козлов)

Наверное, сказочник прав, все мы — одни. Одиночество — не снаружи, оно внутри нас. И единственное место, куда можно сбежать от него, тоже внутри. Только там, в сердце можно создать тот мир, в котором ты мечтаешь жить; другого места для него не предусмотрено. В этом плане одиночество — друг, а не враг. Внутренний мир хрупок, строится долго, ломается легко; такие места нельзя оставлять без охраны. Отсекать от себя всякого, кто может повредить не то что словом, но даже взглядом. Хранить своё сердце. Доверять только Тому, Кто единственный знает его изнутри.

Моё одиночество было проклятием, а стало благословением. Но это произошло не раньше, чем я приняла его как данность и полюбила. Любовь действительно творит чудеса, и часто являет себя там, где Её уж никак не ожидаешь увидеть. Слава Ей!

P.S.: Благодарю авторов песен, строки которых приведены в статье — Юрия Антонова, Ирину Богушевскую, В. Кипелова, Зою Ященко

Особая благодарность Сергею Козлову — за «Ёжика в тумане», ставшего негласным символом искателей самого главного, и за другие сказки про Ёжика и Медвежонка. Пусть Вам там будет хорошо; даст Бог, познакомимся. СпасиБо!