Белые платочки

Монахиня Нина, в миру Алла Георгиевна Васильченко, — человек невероятной судьбы. Вместе со всей страной она прошла через великие потрясения XX столетия и рассказывает об этом увлекательном и невероятно сложном пути. Важный акцент она делает на том, что в этом мире нет ничего постоянного, и единственное, на что может опереться верующий человек (хотя и не только он), — это Бог.

Я была в шестом классе, когда началась Вторая мировая война — жуткая, жестокая война, грозившая полным уничтожением нашего народа. Вся жизнь страны была направлена только на одно — победить! Выиграть войну, не сломаться и не попасть в рабство.

Школа… Наша неполно-средняя Келасурская школа в пригороде Сухуми…

Мужчин-учителей у нас не осталось ни одного, мальчиков-старшеклассников тоже не было. Да и в нашем шестом классе числился только один мальчик, но в школу он не ходил: то работал на поле с женщинами, то уходил со стадами в горы. Нас было семь девочек в классе. Мы учились прилежно, старались — учиться плохо было позором.

Подходил к концу 1941 год. Страшный год! Немцы стояли под Москвой, немцы рвались отрезать Кавказ от России. Сухуми бомбили. Мы продолжали учиться.

Вот мы слушаем по радио речь Сталина: не должно быть паники, все на своих местах делают свое дело. Мы победим. С нами Бог!

И мы верили в это.

В конце учебного года к нам в класс пришла новая учительница — младший лейтенант в пилотке и военной форме. Мы замерли… Что будет? Что будем изучать?

— Здравствуйте, девочки! Меня зовут Елизавета Николаевна. — И она присела на краешек стула. — Мы с вами будем осваивать труд помощниц сестер милосердия. Таких помощниц сейчас очень не хватает стране, и мы должны помочь. Вы будете продолжать заниматься вашими уроками, но вам добавится нагрузка по уходу за ранеными бойцами: умыть, накормить, поправить постель и даже перевязать несложные раны. Всему этому нужно будет научиться. На левой руке вы будете носить белую повязку с красным крестом. Красным… политым кровью. И это нужно оправдать.

Кроме этого, мы будем учиться петь. Да, да, не удивляйтесь — петь! Не частушки, не хороводы, а песни, написанные болью и кровью наших солдат и военных корреспондентов. Песня — это великая сила! Она в сердце проникает. И вы это поймете, когда будете петь. Она встала и, глядя куда-то повыше наших голов своими спокойными глазами, запела красивым низким голосом:

Вставай, страна огромная!

Вставай на смертный бой!

С фашистской силой темною,

С проклятою ордой!

Мы тоже встали.

Пусть ярость благородная

Вскипает, как волна.

Идет война народная,

Священная война!

В ее глазах блестели слезы. Плакали и мы.

— Вот, вы почувствовали, что песня нас сроднила, она сплотила нас в любви к Родине.

Несколько минут мы стояли молча.

— Садитесь. А теперь давайте знакомиться.

Она раскрыла классный журнал и стала вызывать нас по списку.

— Аветян Анжела.

Встала маленькая Анжела, все еще продолжавшая плакать.

— Почему ты плачешь, Анжела? — спросила Елизавета Николаевна.

— Папа на фронте. Писем давно нет. Мама все стоит на коленях перед иконой и плачет. — И Анжела разрыдалась.

— Не плачь, Анжела, раз мама за него молится, он не погибнет. Передай это маме от меня. И вы, девочки, это запомните. — И она стала вызывать нас дальше.

Прозвенел звонок. Мы встали. И я, как староста, сказала от всего класса:

— Спасибо вам, Елизавета Николаевна, мы не забудем ваших слов.

Занятия в школе и вся наша жизнь переменилась, они наполнились смыслом подвига, смыслом служения стране. Нас никто не заставлял ни учиться, ни помогать раненым, ни трудиться дома — все это делалось само собой, от всей души. Как я теперь понимаю, вся наша нравственность тогда была основана на заповедях Божиих, хотя об этом не говорилось. Не говорилось… Но это впитывалось в нас и становилось нашей натурой.

Елизавета Николаевна занималась с нами всем: и пением, и санитарным делом, и читала нам стихи, и ходила с нами на море. А мы ее просто обожали. От нее не было ни нотаций, ни наказаний, ни выговоров. Она просто жила с нами, и своей любовью к людям и к Родине она увлекала нас за собой: всем нам хотелось походить на нее и подражать ей.

Наши двухмесячные курсы по подготовке помощниц сестер милосердия подходили к концу. Как-то по школе прошел слух, что отпуск после ранения у Елизаветы Николаевны тоже подходит к концу и она должна будет возвратиться в свою воинскую часть. Как! Неужели ее около нас не будет?! Но мы молчали, мы решили ничего не узнавать — она все скажет нам сама.

И вот был наш последний урок… Мы пели «Катюшу», «Бьется в тесной печурке огонь», «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат». Пели, не зная еще, что это последний урок. Но в воздухе стояла такая боль, такая любовь, что хотелось умереть. Умереть вот сейчас! За Елизавету Николаевну, за Родину, за любовь!

Во второй половине урока она замолчала, отвернулась к окну, постояла, вынула из полевой сумки пакетик, завернутый в газету, и положила его на стол.

— Девочки, завтра утром я уезжаю в свою часть. Я поправилась после ранения и очень окрепла от наших занятий и от нашей дружбы.

Спасибо вам всем. Мы увидимся после Победы — я обязательно к вам приеду. А сейчас напишу вам свой адрес. Пишите мне. Так дороги нам эти почтовые треугольнички! — И мелом на доске она вывела: п/п 15242, медсанчасть, младшему лейтенанту Королевой Е. Н.

— Ну, вот и все. Подойдите ко мне.

Она стояла у стола. Мы сгрудились вокруг нее, она обняла нас и прижала к себе. Потом развернула пакетик и стала вынимать из него белые платочки и дарить нам на память.

— До свиданья. Любите Родину… В этой любви есть много возвышенного, героического. Любящий свою страну видит в ней больше, чем равнодушные люди. Он видит ее величие, ее невидимое. Любовь к Родине — это преданность ей, вплоть до отдачи жизни за нее. Эта любовь — самое благородное, самое высокое и чистое чувство, которое можно сравнить только с любовью к Богу.

Еле сдерживая слезы, она вышла из класса. А мы стояли и молча плакали, прижимая к глазам ее платочки, которые пахли бинтами и йодом.

Елизавета Николаевна уехала незаметно, мы не видели ее больше. Казалось, что мир опустел, что жизнь потеряла смысл. Но постепенно мы входили в учебу и в труды по госпиталю, который она завещала нам.

Мы стали получать от нее письма по очереди, начиная с Анжелы. Каждое письмо было и личным, и ко всем нам. Вот письмо ко мне: «Дорогая Алла, спасибо за память, за твое трогательное письмо. Я рада твоим успехам в математике — это наука наук. И рада твоим сидениям у моря на закате — молодец! Побольше бывай одна, побольше думай, наблюдай, молись… А я очень полюбила песню «Журавли», она мне напоминает вас — такую дружную, красивую стайку. И мне кажется, что журавли летят именно к вам, в ваш дивный край, и с ними я посылаю вам любовь. Помнишь?

Здесь под небом чужим я как гость нежеланный,

Слышу крик журавлей, улетающих вдаль.

Сердцу больно в груди видеть птиц караваны,

В дорогие края провожаю их я.

Пронесутся они мимо скорбных распятий,

Мимо старых церквей и больших городов.

А вернутся они, им раскроют объятья

Дорогие края и Отчизна моя.

Дождь и осень, туман, непогода и слякоть,

Вид усталых людей мне они принесли.

Ах, как сердце болит, сердцу хочется плакать,

Перестаньте рыдать надо мной, журавли…

Передай привет твоей мамочке, она правильно тебя воспитывает. Ты расспрашивай ее, прислушивайся и советуйся с ней. До свиданья. С нами Бог! Твоя Е. Н.

P. S. Мы уже не отступаем. Мы окрепли в боях. Целую».

Прошло два года. Мы были выпускницами нашей неполно-средней школы. Положение сильно изменилось: мы становились страной, которая гнала со своей земли захватчиков, мы становились страной-победительницей!

Письма от Елизаветы Николаевны мы получали регулярно и регулярно писали ей. В одном из писем мы получили ее фотокарточку — она была уже в погонах, на которых красовались три звездочки — старший лейтенант! И она улыбалась. А ведь мы никогда не видели ее улыбки.

И вдруг мы перестали получать от нее письма. В марте 1945 года, когда до Победы оставалось два месяца, нам пришло письмо из ее части: «Старший лейтенант Королева Е. Н. пала смертью храбрых, защищая своим телом раненого командира части. Посмертно ей присвоено звание Героя Советского Союза».

Елизавета Николаевна…

Наша любимая…

Приближается день Победы, и мы ждали тебя…

Елизавета Николаевна…

Наш младший лейтенант со спокойными серыми глазами…

Мы тебя никогда не забудем. Никогда!

Мы увеличили ее фотографию, вставили в красную рамку и повесили на стену около учительской. На полу поставили цветы в горшочках и на переменах стояли в почетном карауле. А вокруг фотографии мы кнопками прикрепили выстиранные и отутюженные наши белые платочки…

Вечная память нашей любимой Елизавете Николаевне! Дорогая наша Елизавета Николаевна, моли Бога о нас, твоих девочках-подростках, влюбленных в тебя на всю жизнь.

Из книги «Перейди за Иордан. Судьба сильной женщины на переломе эпох». — М.: Никея, 2020

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle