Христианское азиатское кино

Владимир Шалларь

Редактор медиатеки «Предание.Ру»

«Во Христе нет ни эллина, ни иудея» (Кол 3:11) — стало быть, ни европейца, ни азиата. Исторически, однако, сложилось так, что христианская культура сформировалась в Средиземноморье. Как христианство воспринимают в совершенно других культурных мирах — например, в Дальневосточном?

Христианской культуре уже две тысячи лет. Все имеющиеся виды искусства опробованы христианством, созданы культурные образцы: житие, икона, храм, песнопения и пр. Кинематографу же всего-навсего век, и появился он в эпоху разрушения традиционной христианской культуры. Что в таких условиях делать кинематографистам-христианам?

Оба вопроса особенно важны в частности потому, что иная культура и иной вид искусства должны дать совсем иные плоды, чем давала христианская традиция до сих пор. Отвечать, однако, на эти вопросы мы не будем — лучше посмотрим на сами плоды, на несколько христианских азиатских фильмов. Подборка неполная и, возможно, не репрезентативная; если знаете другие примеры христианского кино из Азии, пожалуйста, напишите в комментариях.

«Наше счастливое время» (или «Страстной четверг») Сон Хе-Сон — корейский фильм про страдание, грех, милосердие и любовь. Тетка-монахиня «тащит» свою обеспеченную, но несчастную племянницу в тюрьму, где она помогает заключенным.

Кадр из фильма «Наше счастливое время»

Племянница, трижды пытавшаяся убить себя, знакомится там с человеком, убившим трех людей. Фильм — что называется, «дорама», то бишь корейская мелодрама, со всеми примечательными для этого жанра свойствами, при этом глубокая, пронзительная.

«Тайное сияние» Ли Чхан Дона — пожалуй, один из самых серьезных современных фильмов (тоже корейский) о вере и религиозных проблемах — о теодицее прежде всего. Перескажем вкратце его сюжет (если не хотите спойлеров, дальше не читайте). У Син Э умирает муж. Она переезжает в другой город, где ее сына похищают и убивают. Случайно она попадает в общину евангеликов и присоединяется к ней. Описание этой общины носит явно сатирический характер. Син Э на волне религиозного энтузиазма решает простить убийцу своего сына. Оказывается, тот сам обратился в веру и «Бог его уже простил». Этого Син Э не выдерживает, теряет веру и «назло» Богу вступает на путь греха, вплоть до попытки самоубийства.

Кадр из фильма «Тайное сияние»

Где же во всей этой истории Бог? Может быть, Его просто нет; тогда фильм оказывается жестокой сатирой над религиозными вопросами. Но все же кроме всего перечисленного в фильме есть смешной чудак, ухажер Син Э, хранящий ее своей простой человеческой любовью. И есть само «тайное сияние»: небо, солнечный луч на земле; красота, окружающая ужас и бессмыслицу жизни героини.



И еще один корейский фильм про смертную казнь (может быть, для корейцев это какая-то актуальная тема?) — «Причина жить», или «Сегодня» Хян Ли Чжон.

Кадр из фильма «Причина жить», или «Сегодня»

Да Хе теряет в автокатастрофе своего жениха. Виновник — 15-летний подросток. Христианка, она прощает его, просит суд о помиловании. Через год Да Хе начинает снимать фильм про судьбу помилованных, спасшихся от смертной казни. Она уверена, что смертная казнь — легализованное зло. Но узнав, как сложилась жизнь виновника смерти ее жениха, Да Хе начинает сомневаться в своих идеалах…

Кадр из фильма «Дорога к дому»

Другой фильм той же кинематографистки — «Дорога к дому»: избалованный мальчишка приезжает к своей бабушке. Она старая, бедная, немая, смиренная, кроткая — идеальный объект его жестокости. Жестокость и смирение: христиане знают, кто на самом деле побеждает в этой борьбе.



«Идиот» Куросавы — даже не оглядываясь на роман Достоевского, — великий фильм. Действие романа в нем перенесено в послевоенную Японию.

Кадр из фильма «Идиот»

Тем более интересно, что многие всерьез называют эту ленту лучшей экранизацией «Идиота». 



«Молчание» — фильм классика японского кино Масахиро Синоды по одноименному роману Сюсаку Эндо. «Молчание» — самый знаменитый роман Эндо, история португальского миссионера в условиях гонений. Роман очень богатый: разнообразие историй, яркий сюжет, глубокая проблематика (с, надо сказать, весьма противоречивым решением) и документальность повествования (его можно читать как учебник истории христианства в Японии).

Кадр из фильма «Молчание»

Проблематика романа — выбор верности или предательства своей веры в немыслимых испытаниях. Многим, наверное, покажется, что фильм излишне жесток: но, в конце концов, и гонения «излишне жестоки».

«Это я, бабуль!» корейской кинематографистки Дае Юн Юнг — фильм об отношении к пожилым людям, которых демографически становится все больше, то есть фильм весьма актуальный. Юная аферистка хочет обмануть старую женщину, представившись ее внучкой. Из-за одиночества старушка потворствует обману…

Еще одна корейская лента — «Мое фортепьяно» Квон Хён-Чжина — добрый фильм для семейного просмотра. Тридцатилетняя учительница музыки случайно замечает в юном беспризорнике музыкальный талант. Она научит его музыке, а главное — любви.

 «История Мари и трех щенков» Иноматы Рюйти, японская лента. У Аи и Риота умирает мама. Утешением для них стало рождение у их собаки Мари трех щенков. Их всех ждут трудные испытания.

Хотя бы без одного аниме подборка была бы неполной. «Рыжеволосая Энн: Дорога в зеленые мезонины» — полнометражное аниме по христианской классике Люси Мод Монтгомери «Аня из Зеленых Мезонинов». К одиноким фермерам, брату и сестре, должен был приехать мальчик-помощник. По ошибке приезжает девочка Энн. Очень милое, доброе аниме.

Александр Сокуров, наш великий современник, довольно много работал с японскими темами.

«Трилогия власти» (вместе с «Фаустом» — уже тетралогия) — вряд ли погрешим против истины, если назовем ее высшим достижением Сокурова. Сам режиссер описывал концепцию цикла так: «Во всех этих фильмах я стремлюсь показать, сколь важна очеловеченная власть. И что власть — не от Бога, она — от людей».

«Солнце» — третья часть трилогии о власти, посвященная императору Хирохито. В «Молохе» и «Тельце» Сокуров показал саморазрушение власти, власти, которая, обожествив себя, губит все вокруг. В «Солнце» показан другой путь — смирения. Японский император считался (по вере синтоистов и по закону) богом. Император Хирохито, по крайней мере в фильме Сокурова, — это человек, понявший ужас такой ситуации и ради спасения своей страны пошедший на капитуляцию, отказавшись от своей «божественности».

Кадр из фильма «Солнце»

Гитлер в самоослеплении продолжает войну, приводя Германию к полному краху, Ленин просит убить его, открывая путь Сталину, Хирохито — смиренно и человечно отказавшийся от претензий власти — свою страну спасает. Путая власть с Богом, мы выбираем смерть, отделяя Божье от кесарева — выбираем жизнь.

«Восточная элегия» — документальный фильм о Японии. Как и в других документальных фильмах Сокурова, собственно «документальность» не важна — речь идет о чем-то большем. Это фильм Сокурова, а значит, прежде всего, — произведение искусства. Сокуров говорил о нем: «Когда особым рукотворным образом создавалось изображение маленького японского города на туманном острове, я не отягощал себя мыслями, что это за город, где именно он расположен, в какой стране… Я стремился к воссозданию на экране Чувства Грусти. «Восточная элегия» — попытка обнаружения истоков Изображения как такового, попытка обнаружить эти истоки вне Живописи, вне Литературы. Это попытка рождения Изображения внутри практического опыта Изображения».

«Смиренная жизнь». Из авторского текста к фильму: «Мое путешествие в вашу печальную страну все никак не завершится… и здесь, в России, я не в силах расстаться с чувствами, пленившими меня… …Моя душа как будто была в поисках красоты и добра. Иначе — чем я заслужил этот подарок, эту встречу…»

«dolce…» — «кинопоэма», как определяет кинокритик А. Тучинская. Документальный фильм о японском писателе Тосио Симао, скончавшемся в 1986 году, его жене и дочери. Как документальная лента может стать поэмой, пусть без лишних слов увидит сам зритель. «dolce…» — «нежно…»

И еще один пример переплетения западной и восточной культур. «Настасья» Анджея Вайды — экранизация «Идиота» Достоевского. Очень необычная постановка: фильм сыгран в стилистике театра кабуки, актеры — японцы.

Кадр из фильма «Настасья»

Настасью Филипповну и Мышкина играет один и тот же актер. Весь фильм — сцена диалога Мышкина и Рогожина над телом их возлюбленной, а остальной романный материал показан как воспоминания, сыгранные теми же актерами в тех же декорациях.

«Ушедшие» — фильм японского режиссера. Такито Ёдзиро. Картина была удостоена премии «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке в 2008 году, а также ряда других наград. Сюжет вкратце таков: виолончелист теряет работу. В безвыходном положении он устраивается на работу в похоронное бюро. Там он провожает мертвых в последний путь, помогает оставшимся проститься.

Кадр из фильма «Ушедшие»

Фильм во многом построен на конфликте неуважения, даже отвращения, которое испытывают люди к этой работе, и истинным «жреческим» характером работы любви и уважением к мертвым и их близким.

«Дети небес» (1997) — фильм иранского режиссера Маджида Маджиди. Девятилетний мальчик Али теряет туфельки своей сестры Захры. Они не говорят об этом родителям: семья с трудом сводит концы с концами.

Кадр из фильма «Дети небес»

Брат с сестрой решают пользоваться одной парой кед на двоих. Светлый, в целом — радостный, хотя местами и грустный фильм о жизни детей вне «золотого миллиарда».

Это все, что я знаю об азиатском христианском кино. Буду рад вашим дополнениям!

Читайте также:

Христианство в Японии. Народ, который создал, быть может, самую изящную культуру на свете — что он «сделал» с христианством? Язычники, которые еще в прошлом веке верили, что их император — бог, — как они восприняли Благую весть? В подборке рассматриваем несколько примеров.

Кинотеологии. Христиане о кино и христианские фильмы. Книги, лекции и статьи о кино и 12 самых популярных христианских фильмов на «Предании».

Киноевангелия. Экранизации Евангелий: от немого кино до современных сериалов. Классические и малоизвестные фильмы.

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle