Марина Филоник: где же радость о Христе? Православные неврозы и психологические подмены

Марина Филоник

Православный практикующий психолог, сертифицированный психотерапевт.

Подпишитесь
на наш Телеграм
 
   ×

«Бог меня не любит». «Бог меня наказывает, поэтому я и болею». «Где Бог, когда вокруг такое творится?» Такие мысли возникают, когда нет живого общения с Богом. В церковной жизни нередко встречаются так называемые психологические подмены, искажения религиозного опыта, которые мешают духовной жизни, нашим отношениям с Богом.

Что нам не дает быть собой перед лицом Бога? Возможно ли подлинное общение с Ним и как его достичь? Разбираемся в этом материале.

«Бог меня не любит». «Бог меня наказывает, поэтому я и болею». «Где Бог, когда вокруг такое творится?» Такие мысли возникают, когда нет живого общения с Богом. В церковной жизни нередко встречаются так называемые «психологические подмены», искажения религиозного опыта, которые мешают духовной жизни, нашим отношениям с Богом.Что нам не дает быть собой перед лицом Бога? Возможно ли подлинное общение с Ним и как его достичь? Разбираемся в этом материале.

Феномен подмены

Когда мы говорим о психологических проблемах, важно понимать, что они одинаковы для всех, верующих и неверующих. Есть некая система (не обязательно религиозная), в которой строго обозначены нормы и правила, что хорошо, а что плохо. Человек приходит туда со своими неврозами, психологическими искажениями (в народе их еще называют «тараканы», у каждого свои). При попадании в такую систему неврозы могут «цементироваться», т. е. закрепляться. Особенно если человек находит «подтверждение» их правильности в Евангелии, у Святых Отцов. Тогда он перестает видеть реальность.

Когда человек уверен в истинности своих представлений, а за ними на самом деле стоит совсем другое, — это называется подменой. Например, праведное благочестие с ненавистью ко всем инаковым: «Я все соблюдаю, я благочестивый христианин, а все вокруг враги».

В чем здесь опасность? У человека есть убежденность в истинности его позиции. Он знает, что все делает правильно, а другие — нет. Отчасти это похоже на фарисейство. Фарисей убежден, что он все делает как надо, он хороший, а другие плохие. Это отсылает нас к проблеме осуждения, непринятия. Кто из нас не осуждает? Кого не раздражают люди, непохожие на нас? Нокогда я понимаю, что это не норма, я признаю, что у меня есть проблема, я каюсь и хочу исправиться — подмены нет. Невозможность критически отнестись к себе, к тому, что с тобой что-то не так, и есть подмена.

Попадая в религиозную жизнь, психологические подмены становятся препятствием на пути к Богу.

«Карикатура на христианство». Что стоит за соблюдением внешних правил?

Если мы говорим об искажениях, тогда что такое норма? Точно обозначить границы нормы невозможно. Но, как ни странно, явные искажения определить не сложно. Допустим, ты приходишь в храм к Богу, а первый, кто тебя встречает, — это бабушка, от которой ты получаешь жесткие инструкции, и желание приходить в храм пропадает надолго. Такой пример явно можно назвать искажением, это не похоже на христианство. Это какая-то карикатура на него.

Еще один пласт проблемы — это вера в обряды, традиции как самоценность: «Меня спасает обряд и исполнение правила». Отсюда возникают убеждения: нельзя причащаться на Пасху, потому что не строго соблюдал пост, не исповедовался в день причастия, не вычитал правило и т. д. Или нельзя мыться после соборования, кушать виноград, арбуз и прочее после Причастия, потому что там косточки. Что за этим стоит? Подмена, непонимание сути, невозможность отличить главное от второстепенного.

Очень важно соблюдать пост, ходить на службы, читать духовную литературу. Но это только средства. Они не должны становиться самоцелью, не должны заслонять Христа. Иначе я встречаюсь не с Богом, не Христос меня спасает, а правила.

Идеал и маска. Кто будет встречаться с Богом?

В Церкви у человека формируется идеальный образ, каким он должен быть. Стремиться к идеалу, работать над собой очень важно. Но если идеальный образ слишком высок, слишком недостижим, появляется опасность лицемерия. Нарисовав для себя идеальный образ, я должен признать, что я ему не соответствую. Тогда я могу его на себя «наклеить», создать маску, которую от кожи почти не отличишь и сам в нее поверишь. Внешне все правильно, а жизни в человеке нет. С такими людьми очень тяжело общаться.

Кто же тогда будет встречаться с Богом? Я уже не знаю, кто я, не осознаю свои чувства, искренне верю, например, что я никогда не раздражаюсь. У меня уже нет возможности встречи с собой настоящим, а значит, и с другим субъектом, будь то человек или Бог.

Почему так страшно встретиться с собой настоящим?

В психологии есть такой термин «алекситимия» — дефицит или отсутствие языка для называния своих чувств. Для многих людей западной культуры называть чувства своими именами — это проблема. Максимум можно услышать «комфортно — дискомфортно», «положительные или негативные эмоции». На этом язык описания чувств заканчивается. А вся огромная палитра слов — досада, раздражение, злость, зависть, обида, печаль, грусть и т. д. — не используется. Может быть, человек их где-то и слышал, но к себе не применяет. А если эти слова не находятся в свободном словаре человека, то он и не осознает в себе названные ими чувства. Мы осознаем те эмоции, которые есть в нашем активном словаре.

Дефицит слов становится причиной разного рода подмен. Если человек не осознает, например, что он злится, что будет, когда он узнает, что злиться — не просто плохо, но еще и греховно? Как выдержать конфликт: я обижаюсь, злюсь и даже порой всех ненавижу, а это грех? И тогда человек вытесняет одну из сторон конфликта — перестает осознавать, что эти чувства есть. «Я никогда не злюсь. Я узнал, что обижаться — грех, и больше не обижаюсь». Это ложное мнение о себе с искренней убежденностью в своей правоте и есть подмена. Одно дело сомневаться в своих греховных чувствах, а другое — быть убежденным, что у меня их точно нет. Причиной такой подмены является страх встречи с собой настоящим, страх наказания или желание быть хорошим.

В детстве ребенок думает: «Когда я делаю хорошо, мама меня любит. Когда я принес двойку, мама меня уже не любит». Человек равен поступку: сделал хорошее — к тебе относятся хорошо, сделал плохое — чувствуешь отвержение. Эта закономерность переносится потом и на отношения с Богом.

Страх встречи с собой может быть препятствием для встречи с Любовью. Если мы не можем осознать всю правду о себе, нам трудно встретиться с собой настоящим. И тогда нет того, кто будет встречаться с Богом. «Вытесненное» — не значит «очищенное». Если я в себе чего-то не вижу, я это Богу не принесу. Все вытесненные чувства — обида, агрессия — уходят в бессознательное или в тело и позже дают о себе знать, в том числе через психосоматические заболевания.

Как научиться осознавать чувства?

Важно, чтобы человек с рождения слышал эти слова от своих родителей. Во многих семьях люди не разговаривают о чувствах. Они обсуждают бытовые вопросы, планы, решают текущие задачи, как партнеры по бизнес-проекту под названием «Семья». А кто что чувствует — не важно. Поэтому нет близости, не хватает тепла.

Еще можно завести словарик и писать в нем слова, обозначающие те или иные чувства. Можно выписывать их из художественной литературы и постепенно вводить в свой лексикон, в активную речь. Это как изучать язык.

Авторитет или личный опыт. К чему прислушиваться?

Конфликт опыта и авторитета каждый проживал с детства: ты чувствуешь одно, а тебе говорят другое. Ты, например, понимаешь, что построить город в песочнице или в сугроб нырнуть — это жизненная необходимость. А тебе говорят: «нельзя, это опасно, ты себе что-нибудь сломаешь». То, что мне казалось важным, — это плохо и опасно. А родители знают, как надо правильно, их надо слушаться, потому что они меня любят.

Конфликт собственной позиции, ощущений, переживаний и голоса авторитета заложен в нашей культуре. Например, феномен младостарчества, когда священник принимает решения за прихожан, а они должны делать так, как он говорит. Бывают такие приходы, которые превращаются если не в тоталитарную секту, то как минимум в авторитарную систему.

Другой пример — бум, связанный с ИНН и электронными паспортами. Это подмена, за которой стоит страх. Страх — центральная причина очень многих проблем.Людям кажется, что наличие ИНН — это акт отречения от Бога. Этот страх рождает почти параноидальную реальность: везде враги, ересь, отказ от Бога, предательство.

Отказ от своей позиции — это и классическая фраза: «батюшка, какого цвета юбку благословите купить?» Я не знаю, чего хочу, мне все равно. Как мне скажут, так я и сделаю. Проблема не в том, что сложно сделать выбор, услышать свои желания, понять, что на самом деле важно. Серьезная подмена начинается тогда, когда отсутствие своей позиции называется добродетелью. Это якобы послушание и смирение. Это и есть «цементирование» невроза. Цементируется психологическая проблема неуверенности, неслышания себя, невозможности проявлять себя, принимать решения.

За конфликтом личного опыта и убеждений часто стоит страх своей позиции либо вообще ее отсутствие. Это инфантильность под видом послушания. А человек это воспринимает как послушание и смирение: «У меня все хорошо, это у них проблема. Я живу в послушании».

Что же такое послушание на самом деле?

Обычно говорится, что в послушании я отдаю свою волю духовнику, а через него — Богу. Но чтобы от своей воли отказываться, нужно, чтобы она была. И была свободной. Уникальный пример — авва Дорофей и его ученик авва Досифей. Это были два удивительно духоносных, пребывающих в Боге и во взаимной любви, мужа. Здесь мы можем говорить о здоровом послушании: пришел человек со своей свободной зрелой волей к другой зрелой личности и говорит: «Я вижу, как ты живешь, подвизаешься. Я тоже так хочу».

Мы чаще всего имеем дело с другой ситуацией: человек приходит, думая, что отдает свою свободную волю. Но оказывается, что он не умеет или не хочет принимать свои решения. Ему проще, чтобы их принимали за него. И тогда авторитетом становится не Бог, а священник.

Что же делать? Брать на себя ответственность. Порой лучше ошибиться и приобрести опыт, чем панически бояться ошибки. Страх ошибки — нормальный психологический феномен. Это проблема выбора, страх сделать выбор неправильно. Но лучше сделать и ошибиться, чем вообще ничего не сделать.

Цель христианина — встреча с Богом. Проблемы современной катехизации

Бог — главный участник отношений. Он инициатор, активный, жаждущий. Но что-то зависит и от нас — готовность принять Бога.

Чему учат человека, когда он приходит в Церковь? Часто первое, что говорят, это как встать, как одеться, как креститься, как правильно подойти к батюшке, сложить руки. Также рассказывают про исповедь и Причастие. Но есть опасность, что все касающееся встречи с Богом останется за пределами обсуждения с оглашенными. Трудно говорить с группой про отношения с Богом. Это личностный вызов катехизатору и любому христианину. Потому что все христиане призваны быть апостолами.

От катехизатора не зависит, произойдет ли у человека встреча с Богом, но он может направить его в нужную сторону. А если мы все время рассказываем только про обрядовую часть и мало времени уделяем Евангелию, мы снижаем шанс встречи человека с Богом.

Трудно быть счастливым, когда я знаю, что Бог — это Тот, Кто меня наказывает

В Евангелии Христос спрашивает Своих учеников: «За кого Меня почитают люди? А вы за кого Меня почитаете?» (Мф 16:13, 15). Он ходил по земле, учил, проповедовал, и даже Его ученики часто не понимали, с Кем они имеют дело. И в нашей жизни бывает, когда общаешься с близким человеком, а он тебя не видит. Он видит свою проекцию.

Проблема искажения образа Бога стоит за очень многими психологическими и духовными проблемами. Мы начинаем думать, что: «Богу нет до меня дела»; «нет смысла к Нему обращаться, потому что я грешный»; «Бог следит за мной и наказывает тяжелыми болезнями и даже смертью. Значит, нужно искупить вину».

Бог искаженно воспринимается как фигура власти. Человек знает, что Бог — всемогущий, Вседержитель, забывая про распятие. И вступает с Ним в такие отношения: «реши за меня мою проблему, исправь мир». Отсюда бесконечный спор про войны, болезни.

Еще один вид искажений — товарно-денежные отношения с Богом: «Ты мне — я Тебе». «Я свечки ставлю, а ничего не меняется, Бог мне не дает того, что я прошу». «Я забыл деньги на благотворительность перевести в этом месяце, поэтому у меня на работе такие проблемы».

Если мы так воспринимаем Бога, тогда нет и радости, потому что нет отношений с Ним. Есть подмены, и они доминируют. Если важно исполнение правила, важно быть хорошим, чтобы избежать наказания, то трудно жить в радости. Потому что трудно встретиться с Источником радости.

Откуда берется искаженный образ Бога?

Причина искажений образа Бога связана с дефицитом или отсутствием опыта безусловной любви в детстве, когда родителям не было дела до ребенка. Человек привык, что на него не обращают внимания. Для него это норма отношений со старшими. В психологии это называется феноменом проекции или переноса, когда человек проецирует имеющийся у него образ (чаще всего образ родителя) на Бога. Родитель был холодный, отвергающий, и Бог такой же.

Когда я понимаю, что я проецирую на Бога то, как мама относилась ко мне в детстве, и критически к этому отношусь (в психологии это называется рефлексией), подмены нет. Другое дело, когда я абсолютно убежден, что Бог все может, но не делает, или я точно знаю, что за мою вину меня надо наказать, моя болезнь — это наказание за то, что я сделал вчера и позавчера. Здесь подмена есть. И тогда Богу надо приложить очень много усилий, чтобы достучаться до человека, встретиться, и сказать: «посмотри на Меня! Я не такой. Я совсем по-другому к тебе отношусь. Ты для Меня не то, как ты сам себя ощущаешь».

Очень важно дать детям ощущение, что мы их любим любыми. Хоть ребенок и делает гадости, я злюсь на него и, возможно, даже порой ненавижу, но я его все равно люблю. Это очень важный опыт безусловного принятия. Независимо от того, что ты делаешь или не делаешь, ты все равно ценен, важен, любим, дорог. При этом важно разделять человека и поступки. Классический рецепт — формула Карла Роджерса: «я тебя люблю, но то, что ты делаешь, меня расстраивает».

В свете любви мы можем увидеть себя настоящими

Встретиться с любовью нам мешают всевозможные подмены, искажения, убежденность в искренности наших «кривых» представлений и, главное, отсутствие у нас опыта любви. На словах все знают, что Бог любит каждого человека. Но знаю ли я это на своем опыте, сердцем? Был ли у меня хоть раз в жизни такой момент, когда я по-настоящему прочувствовал, что именно меня — такого, какой я есть, со всеми моими недостатками — Бог любит? Бог, величественный, прекрасный, Который все сотворил, меня любит во всей полноте. И продолжает любить, даже когда я грешу.

Духовный путь начинается с личной встречи с любовью Бога, когда ты чувствуешь хотя бы на секунду, что ты — любимейшее чадо Бога. Если этот опыт есть, трудно остаться безответным. Сначала в сердце рождается благодарность, а затем и ответная любовь к Богу и даже к ближнему, потому что, оказывается, Бог его тоже любит.

Когда мы сможем предстать перед светом любви Бога, тогда у нас, как у евангельского слепого, могут открыться очи. И мы увидим себя по-настоящему, такими, какие мы есть. Увидим не то, что сами про себя думаем (хорошо или плохо), а такими, какими нас видит Он.

Встреча с собой — свобода и радость

Примеры встречи с собой настоящим есть в Евангелии. Притча о мытаре и фарисее. Мытарь видит себя, знает, как он грешен. Он признает правду. А фарисей говорит: «Я не такой, как другие. Им надо исправиться, а я хороший. Десятину даю, все правила исполняю, катехизацию прошел, закон знаю». Он не видит себя настоящего, он в иллюзии и убежден в своей правоте.

Самый красивый пример правды о себе и отношениях Бога с человеком — это притча о блудном сыне. Что произошло с блудным сыном? Он «пришел в себя». У него открылись глаза, он понял, кто он есть. И тогда он встал и пошел к Отцу.

Сын заранее заготовил речь: «Я скажу отцу, что я недостоин» и т. д. А что делает отец? Он его заранее выглядывает, бежит навстречу и не дает договорить. Отцу не важны грехи сына, не важно, что тот промотал часть имения. Ему важно, что сын, который «сгинул», нашелся, сын пришел. Это естественная потребность родителей быть со своим ребенком. Тогда почему мы думаем, что у Бога нет потребности быть со Своим ребенком, с каждым из нас, в любви, которую мы видим в Евангелии? Бог Сам выходит навстречу, бежит, обнимает и не дает договорить нашу покаянную речь. Может, Он наших грехов и слышать не хочет. Ему важно, что ты пришел. И вот уже радость встречи, пир, упитанный теленок, перстень. Отец от радости, что они снова вместе, отдает сыну все.

Поиск себя. Кто я?

Состояние мира и радости прямо связано с идентичностью — как я отвечаю на вопрос «кто я?». От того, как я определяю себя, зависит мое состояние.

Есть притча о женщине, которая была в коматозном состоянии и неожиданно почувствовала, что ее забирают в рай, чтобы спросить на Небесном Суде.

— Кто ты? — услышала она чей-то голос.

— Я жена мэра, — ответила она.

— Я не спрашиваю, чья ты жена. Кто ты?

— Я мать четырех детей.

— Я не спрашиваю, чья ты мать. Я спрашиваю, кто ты?

— Я школьная учительница.

— Я не спрашиваю о твоей профессии. Я спрашиваю кто ты?

Так продолжалось и дальше. Она говорила что угодно, только не отвечала на вопрос.

— Я христианка.

— Я не спрашиваю о твоей религии. Я спрашиваю, кто ты?

— Я ежедневно ходила в церковь, помогала бедным и больным.

— Я не спрашиваю, что ты делала. Я спрашиваю, кто ты?

Она не выдержала экзамен и была отправлена назад на землю. Оправившись от болезни, она решила выяснить, кто она на самом деле.

В конце автор притчи говорит: «Твоя обязанность — не быть кем-то и не быть никем, ибо в этом сокрыты алчность и самолюбие. А просто быть». Быть собой.

Лекция Марины Филоник «Где же радость о Христе?!» Православные неврозы и психологические подмены» для портала «Предание»

Потеря мира в душе часто связана с тем, что мы нередко идентифицируем себя с тем, чем на самом деле не являемся. С чем-то изменяемым. Например, я — это то, как я выгляжу. Отсюда недовольство своей внешностью, пластические операции. Вспоминается Ник Вуйчич — удивительный человек, который родился без рук и без ног. При этом он образец счастья, радости и христианского света. Внешность изменчива. У меня может не быть руки или ноги, но я останусь собой.

Может быть, я — это мои мысли? У меня есть определенное мировоззрение, идеи. Но мысли приходят и уходят, они динамичны. Меняется даже мировоззрение. Мы все христиане. А кто же я?

Может быть, я — это мои чувства? Осознавание своих чувств, живое проживание эмоций — важная часть жизни. Но сегодня я злюсь, завтра всех люблю, послезавтра ненавижу каждого первого встречного. Мои состояния меняются.

Очень часто человек идентифицирует себя со своим грехом. Когда я совершил грех, я начинаю сходить с ума, доходить до отчаянья. Потому что я не различаю себя и свои поступки.

Когда человек идентифицируется с тем, что в нем неидеально, нехорошо, он погружается в состояние страха и тревоги. Когда приравнивает себя своему успеху, он впадает в гордость. А когда он понимает, что «я» не равно «то, что я делаю», он может обрести мир.

Какой ответ могла бы дать Богу женщина из притчи? «Я — Твой любимый ребенок. Ты меня задумал еще до создания мира, Ты меня создал, и я иду к Тебе». Все остальное оказывается неважным.

Исцелить может только встреча с Богом

Самый тяжелый наш крест — это мы сами. Важно учиться принимать себя, благодарить Бога за все. Даже за «недолюбленность», даже за то, что я не такой, каким хотел бы быть. За родителей, которые не смогли дать любовь в том объеме, которого мне хотелось бы. Благодарить и верить, что Бог лучше меня все знает.

У всех бывают сомнения, протесты, богооставленность. Но если в моем опыте есть хоть что-то связанное со встречей с Богом и отношениями с Ним, то я могу и другому говорить изнутри: «Я тебя понимаю. Мне тоже порой кажется, что Он надо мной издевается. Но когда я вспоминаю, как у меня было когда-то, то понимаю, что это не про Него».

Подготовила Дарья Смирнова

Лекцию Марины Филоник «Православные неврозы и психологические подмены» можно послушать здесь

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle