Памяти отца Виктора Мамонтова

Владимир Стрелов

Ректор библейского колледжа «Наследие»

Сегодня утром остановилось сердце батюшки.

Такое сообщение пришло от Аллы Ивановны, бессменной послушницы архимандрита Виктора Мамонтова.

Отошел ко Господу настоящий старец.

Фото 1

Храм преподобной Евфросинии Полоцкой в пос. Карсава (Латвия)

Родился о. Виктор в 1938 году на Дальнем Востоке, по светскому образованию – литературовед, окончил Южно-Сахалинский педагогический институт и аспирантуру Московского педагогического института, где несколько лет работал доцентом. Иноческий путь начал в Свято-Успенской Почаевской лавре по благословению своего духовника архимандрита Серафима (Тяпочкина). В 1980-е годы при митрополите Леониде (Полякове) был духовником Рижского Свято-Троице-Сергиева женского монастыря.

Затем многие годы о. Виктор прослужил в Карсаве, неподалеку от российско-латвийской границы. В 90-2000-е это небольшое местечко стало местом паломничества многих верующих людей из разных уголков бывшего СССР.

Рассказывают, что батюшка сначала предлагал людям пожить в Карсаве без послушаний, прийти в себя, участвовать в богослужении по строгому монастырскому уставу, в духовном общении с другими паломниками, – и сам беседовал с приезжающими.

Руководство о. Виктора не предполагало прямых указаний: как однажды выразился батюшка, Бог действует на расстоянии двух свобод, Божественной и человеческой. Поэтому те, кто ждали прямых ответов, сначала были в недоумении, – но потом ответы находились сами, как бы прорастали из бесед с о. Виктором, их книг, подаренных батюшкой (некоторые тексты самого о. Виктора есть на “Предании”).

Когда автору этих строк первый раз удалось побывать в Карсаве в 2010 году, о. Виктор только служил, но уже ни с кем не общался. Уходя в затвор, батюшка постепенно приучал своих духовных чад к самостоятельности. Ехали уже не за общением, а просто чтобы побыть в присутствии, помолиться вместе. И в Карсаве можно было встретить монахиню из греческого монастыря в Италии, духовных чад, эмигрировавших в Нью-Йорк, но не оставивших общины, москвичей, питерцев, екатеринбуржцев, жителей разных уголков Латвии. Устраивались концерты столичного уровня, вечера поэзии, после богослужения – кружки по чтению Св. Писания, а если приезжали образованные миряне, им давалось благословение проповедовать за богослужением…

И все же самое главное происходило внутри. Первый раз я приехал на две недели. Было радостно. Суета уходила, все становилось более прозрачным. За богослужением читалось все, положенное по уставу, поминалось неисчислимое количество имен. Неожиданно заболел, и за три дня в горячке вспомнилось все неисповеданное, все, что, оказывается, тяготило душу многие годы. Хотелось жить молитвой, Присутствием Божиим, Причастием. Я потерял это состояние месяца через два, накапливались грехи, от которых так и не смог отказаться. Да, была регулярная исповедь, но все равно было ощущение, что что-то важное потерял. Ехать на Рождество в Карсаву было страшно – ведь будет очень стыдно, что не удержал полученного дара чистоты. Отец же Виктор, увидев меня в храме, подошел, коснулся лбом лба (последнее время он немного юродствовал), и произнес: «Ой, Владимир приехал, красивый какой, незаблудший»… И было в этом что-то, что без всяких слов сказало о том, как любит Господь Иисус Христос.

Через некоторое время о. Виктор вообще перестал служить, тяжело болел (онкология), уже не показывал вида, что кого-то узнает. И все же… Однажды Алле Ивановне, помощнице батюшки, позвонил пастор из протестантов, сказал, что не может найти ответов на свою ситуацию, но вот хотел бы посоветоваться с о. Виктором, потому что слышал о нем. «Батюшка уже не служит, но приезжайте, помолитесь». Ждали-ждали – его все нет. Наконец позвонил. Оказалось, что как только он вышел из автобуса и шел к храму, все прояснилось, и он возвратился домой, радуясь.

Фото 2

Храм преподобной Евфросинии Полоцкой в пос. Карсава (Латвия)

В октябре этого года о. Виктора госпитализировали. С трепетом те, кто знал его, следили за тем, какие новости поступают из больницы. И вот сегодня он отошел ко Господу.

Кончилось время испытаний болезнями для самого о. Виктора. Кончилось время переживаний для тех, кто его очень любил и был предан его заветам. От о. Виктора осталось очень немного личных вещей. Остался деревянный храм, в котором он служил. Остались книги и беседы, в которых о. Виктор выражает свое понимание жизни в Церкви. Остались люди, воспитанные батюшкой, и в свою меру продолжающие его труд. Я надеюсь, это также означает, что появился еще один молитвенник, ходатайствующий за нас перед Престолом Божиим.

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle