Протоиерей Григорий Григорьев: «Когда костер гаснет и налетают комары, надо разжигать пламя, а не бить комаров»

Протоиерей Григорий Григорьев

Доктор богословия, доктор медицинских наук, заслуженный врач РФ.

С протоиереем Григорием Григорьевым, психиатром, наркологом, доктором медицины и богословия, мы могли бы поговорить о зависимостях, которыми отец Григорий занимается всю жизнь. Но разговор неожиданно пошел о том, что человек создан Богом для радости. О Новом Завете и таинствах, о различении радости от Бога и радости человеческой. О том, как научиться быть счастливым и услышать в своей душе голос Бога — самый тихий голос во Вселенной.

Почему надо думать о хорошем

— Сегодня многие говорят о травмах детства, чтобы разобраться в себе. Как вы считаете, это верный путь или лучше опустить это, а вспоминать только хорошее?

— С моей точки зрения, категорически нельзя прикасаться к отрицательным воспоминаниям. Физиологически человек устроен таким образом, что в его головном мозгу есть нервные клетки, которые вырабатывают гормоны радости. Этих гормонов более полутора тысяч. В частности, алкоголь и опиаты, все психоактивные вещества — это синтетические аналоги гормонов радости. Алкоголь, например, помогает забывать все плохое. Когда мы его вводим извне, то внутренняя выработка гормонов радости прекращается, и у человека начинают накапливаться отрицательные воспоминания.

Важно помнить, что на семь клеток, вырабатывающих гормоны радости, приходится всего одна нервная клетка, вырабатывающая гормоны стресса. То есть радости в человеке по идее должно быть в семь раз больше — вот это нормальный расклад.

И даже стресс — это стартер, который должен запускать двигатель радости. Например, погналась за человеком собака, он перепрыгнул через высокий забор и радуется, что остался жив. Человек, согласно устройству центральной нервной системы, головного мозга, физиологически создан Богом для радости.

— Почему же вокруг так много мрачных людей?

— У преподобного Паисия Святогорца сказано, что всех людей можно разделить на две категории: пчелы и мухи. Пчела повсюду видит цветы и мед, а муха везде находит помойку.

У каждого из нас есть темная и светлая части души. Когда мы погружаемся в темные воспоминания и пытаемся их проанализировать, мы расширяем темную часть. А когда мы погружаемся в светлые воспоминания, мы расширяем светлую часть души.

Поэтому лучше все время думать о хорошем. Потому я и написал книгу «Ветер Радости» — это мое богословское определение Бога, Святого Духа. Главная цель православного человека — стяжание благодати Святого Духа. Господь говорит: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф 6:33). Если мы идем по курсу на Царствие Божие, то каждый шаг нам дает радость.

У меня большой опыт практической работы в самых разных экстремальных ситуациях, я был в трех разных авариях на трех подводных лодках. Если при таком стечении обстоятельств начать анализировать и думать о плохом, то просто не выживешь. Плохое повсюду, оно вокруг нас, оно приходит само. А хорошее само не придет. Поэтому, с моей точки зрения, отвечая на ваш вопрос, такой анализ приводит к углублению повреждения.

У Христа за пазухой

— Недаром говорят, что мы все родом из детства. Как же мы можем не вспоминать, не думать о том, что с нами происходило раньше?

— Знаете, когда подводная лодка погружается под воду, ее жесткий корпус трещит. Если сделать весь корпус одинаковой толщины, то от давления воды лопнут сварные швы. Потому он сделан из металла разной толщины, от 1,5 до 2,5 см. Это нужно для того, чтобы швы обжимались с разным усилием. Поэтому лодка и трещит, уходя под воду. И даже если понимаешь, что лопнуть она не может, испытываешь от этого ужас. Но это и есть «у Христа за пазухой»: на самом деле с тобой ничего не случится, даже если страшно.

Так и в жизни, как бы нас ни давило внешнее зло, оно не должно проникать внутрь. Как только человек начинает анализировать, он фактически открывает эту лазейку, сам того не понимая. Всегда, когда люди так делают, им бывает очень плохо. Хорошо, если хватает прагматизма, разума и жизненного опыта, чтобы вовремя не залезать в эти дебри. Причинно-следственные связи с событиями, происходившими в детстве, знает только Господь. Следует не анализировать негатив внутри нас, а наполнять душу благодатью. Как говорил преподобный Серафим Саровский — спасись сам, и тысячи вокруг тебя спасутся.

Где взять радостную энергию

— Но ведь христианину подобает плакать о своих грехах?

— Грех — это некое свойство души человека, из которого ушла благодать Святого Духа. То есть грех — это больной талант. Талант минус любовь равняется грех. Преодоление греха, грех плюс благодать Святого Духа равняется талант. Поэтому нам энергию радости надо набирать.

Когда костер в лесу гаснет и налетают комары, надо разжигать пламя, а не бить комаров и анализировать, из каких мест они летят. Они летят отовсюду. Так и с дурными мыслями.

Дурные мысли приходят к нам нередко из других измерений. Есть измерения Божественное и Антибожественное. И когда душа светится, когда в ней много благодати, то эти комары, эти антибожественные мысли от нас начинают отлетать. Нам надо поднимать духовный иммунитет, накапливать положительную энергию. Под энергией я имею в виду центральное богословское понятие, движение к Богу.

— Где человеку взять эту энергию, тем более накопить ее?

— Полагаю, что сегодня Дух любви оскудевает и так мало радости, потому что люди не понимают главного: Новый Завет — это непрестанное причастие. Мы с одним священником подготовили книгу, десять лет собирая материал о ежедневном причащении. Многие православные люди причащались ежедневно вплоть до VII века. Первые триста лет это было вообще неукоснительной практикой. Понятно, что люди, как и сейчас, не могут каждый день быть в церкви. Но раньше, когда служилась Литургия, выносились Тело и Кровь, люди причащались, а остатки забирали домой. И у каждого доброго христианина всегда были Тело и Кровь Христа, они могли причаститься дома, когда не было возможности пойти в храм. Сегодня мы в память об этом забираем домой антидор и просфоры, литийные хлеба. Высушиваем и едим дома эти сухарики, когда не можем быть в храме.

Зачем копаться в грехах

— Но когда мы идем причащаться, мы ведь должны своих «комаров» заранее отцедить, собрать, вспомнить, чтобы принести их на исповедь?

— Если мы говорим о современном соединении таинства причастия и таинства исповеди, то, несомненно, это два разных таинства. В нашей Церкви есть традиция обязательной исповеди перед причастием, она пришла к нам из Болгарии. Ее нет в Греции, нет в древней Сирийской церкви, нет в Иерусалимской. Это просто наш новодел, но я эту традицию не трогаю и не осуждаю, а объясняю, что были и другие древние почтенные практики. Исповедь проводилась по отдельной договоренности с духовным лицом, а не во время богослужения. Причем исповедь в каждой епархии могло принимать лишь небольшое количество священников, самых опытных, на это было специальное благословение правящего архиерея.

Сегодня так делают священники: они причащаются за каждой Литургией, а исповедуются по мере необходимости.

— Вы предлагаете забыть о грехах и радоваться, это очень заманчиво. И в Новом Завете написано — всегда радуйтесь. Но не выйдет ли так, что вещи нерадостные в нас окажутся без внимания?

— Когда люди меньше занимались своими грехами, радости у них было больше. Вспомните Писание: Христос, когда общается с апостолами, не сильно грузит их какими-то правилами и грехами, хотя постоянно внешние люди, фарисеи, книжники, упрекают Его за это. Дескать, все порядочные люди постятся, а Твои ученики не постятся. На что Господь отвечал: «Могут ли поститься сыны чертога брачного, когда с ними Жених?» (Мк 2:19).

Мог ли Господь так устроить человека, чтобы он, как только совершил грех, сразу бы его видел? Представьте, пасется стадо, корова подошла к электропастуху на огороженном проводами пастбище, ее бьет током, и она отходит. Но у нас же не так! Господь скрывает от нас наши грехи по Своей милости — до поры до времени. И для того чтобы сделать уборку в темном подвале, нужно включить источник света. Грехи наши открываются по мере нашего духовного подъема и укрепления.

Когда священник причащает человека, он провозглашает: «Во оставление грехов и в жизнь вечную». В этот момент Кровью и Телом отмываются наши грехи. Частицы, вынутые в молитве на проскомидии за людей, погружаются в чашу с Кровью Христа со словами «Омый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною, молитвами святых Твоих».

Таинство исповеди в принципе заключено в таинстве причастия. Когда человек регулярно причащается, у него появляется свет, он начинает видеть свои внутренние негативные состояния. А если мрачная часть его существа высвечивается и не уходит на причастии, то это тема для исповеди.

— Получается, что Господь дает нам возможность видеть наши грехи, и мы не должны для этого держать их в голове в виде каких-то списков?

— С точки зрения психиатрии самокопание — это введение себя в депрессивное состояние. Это ошибка. Основной закон медицины говорит «не навреди». А здесь наносится прямой вред. Это садизм-мазохизм. И никто не виноват, никто ни за что не отвечает. Если врач сделает ошибку, его могут наказать, лишить диплома, а если кто-то, кому-то в православии дадут совет копаться в грехах, в психбольницу попадет, скажут, что Бог так управил. Не зря есть пословица — заставь дурака Богу молиться, он и лоб расшибет.

С одной стороны, грехи нужно знать. Но с другой, — на каждую из десяти заповедей есть 90 видов нарушений. Это нужно понимать, но не принимать близко к сердцу. Когда студенты мединститута изучают учебник психиатрии, они себе готовы поставить все диагнозы. Так же и новоначальный, почитав пособия по построению исповеди, почерпнет и то, что не нужно. Надо всегда выделять главное, а не просто «каюсь во всех грехах».

— В Церкви есть календарь, посты, свои традиции. Нужно ли проговаривать на исповеди «то нарушил, другое, третье…»?

Понимаете, исповедь у нас превратилась в билет к причастию. Однажды ко мне подошла женщина и дала истертую бумагу. Что это, спрашиваю. Это, говорит, грехи. Хорошо, а почему такая бумага истертая? «А я с ней три года хожу», — отвечает эта женщина. Я ей предложил заламинировать бумагу, будет такой хороший билет надолго.

Но женщина не виновата, ее так научили. Начнется пост, все священники станут гастроэнтерологами, будут выслушивать, кто что съел. Как будто Господь сидит на Небе и только и смотрит, кто чем питается.

Посты — вещь полезная, и я не говорю, что поститься не надо. Но все должно быть индивидуально, ведь есть разные обстоятельства. Есть люди, которые в пост полностью отказываются от мяса, но у них повышается раздражительность. И они начинают пить кровь друг у друга. По мне, так пусть лучше мясо ест. Вот если он может не есть мясо и не пить кровь, честь ему и слава.

Ветхозаветный блудный сын, или Зачем нам такое множество законов

— Большинство православных верующих, думаю, все равно не станет брать на себя такую ответственность и идти причащаться без исповеди.

— Господь единственный раз рассказывает о Боге Отце — в притче о блудном сыне. И это единственная ветхозаветная притча: она есть в Агаде, иудейском «приложении» к Торе. Когда Христос рассказывает эту притчу, слушателям она уже хорошо знакома.

Вспомним новозаветный вариант притчи. Когда блудный сын пожелал жить без отца, отец его не останавливает, не вразумляет, а молча выполняет его просьбу. Он отдает ему наследство, землю. Сын продает землю, свою родину и пускается в разгульную жизнь. Это очень серьезное дело.

И вот сын опускается ниже самой последней свиньи, возвращается к отцу и падает на колени, и говорит — сыном я недостоин называться, прими меня хоть в число наемников своих. И отец даже не говорит ему «прощаю». Потому что Бога нельзя обидеть. Отец просто поднимает сына с колен и устраивает пир. Более того, он бежит сыну навстречу.

Конечно, иудеи были в ужасе от такого окончании притчи. Потому что в ветхозаветном варианте, когда происходит встреча блудного сына с отцом, отец его выгоняет со словами «свиней возлюбил, к ним и уходи».

Вот такое у некоторых христиан представление о Боге — как о суровом непрощающем Отце, к Которому надо приступать очень осторожно, боясь Его гнева. Но Господь говорит книжникам: «Никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин 14:6).

— Очень интересно, так как мы хорошо знаем именно новозаветную притчу. Вариант ветхозаветный несколько пугает.

— Мы тоже произошли от Ветхого Завета, и этот корень настолько глубоко в нас прорастает, насколько уменьшается значение таинства Святого Причастия.

По мере уменьшения таинств увеличивается количество законов. Чем реже человек причащается, тем больше он готовится и тем больше выполняет всяких дополнительных правил.

Мы живем в королевстве кривых зеркал. Многие люди уверены, что нельзя причащаться без подготовки.

Но ведь Божественная Литургия — это и так два часа подготовки к причастию. Там есть все, что нужно для принятия Таинства.

Мягкий путь и путь для подвижников

— На Межсоборном присутствии обсуждали вопросы подготовки к причастию уже несколько лет назад, приняли специальный документ. Но такое впечатление, что этот документ с тех пор не только мирянами не читался, но и некоторыми священниками.

— Главная задача церковных документов, например, таких, как документ Межсоборного присутствия о причастии, — не искушать малых сих. Для многих людей то, что я только что сказал, — это конец света, модернизм, экуменизм, обновленчество. При этом люди сами не знают и знать не хотят значения этих терминов. Прежде чем развешивать ярлыки, стоит разобраться.

Священникам на местах дается некий диапазон взаимодействия с мирянами. Есть две дороги, которые были обозначены еще на Трулльском соборе. Один путь — акривия, путь для подвижников, аскетов. Другой путь — икономия, мягкий путь.

Раньше был такой расклад: 5% суровой акривии и 95% мягкой икономии. А сейчас все поменялось, и дорога икономии, как в былинах об Илье Муромце, заросла лесом, и там засел Соловей-разбойник.

— Но почему так произошло, что поменялось в Церкви?

— Раньше, до Трулльского собора (691–692 гг.), если человек не причащался, оставшись на Литургию верных, он отлучался от Церкви. Невозможно было не причаститься, находясь на богослужении. А сейчас везде по-разному.

Конкретно в нашей стране проблема усугубилась во времена Петра I, царя-реформатора. А Церковь как организм реформируется очень плохо. Петр I издал указ о недопустимости отношения к причастию как к аптекарскому снадобью. Из чего можно сделать вывод, что люди в случае чего бежали причащаться. Это была панацея от всех болезней духа, души и тела. Это так и есть, снадобье Небесной аптеки Царя Небесного.

Для того чтобы усложнить путь к причастию, были взяты дополнительные жесткие правила аскетических монастырей XVIII века и перенесены в мир как обязательные. У людей не хватало времени соблюдать эти правила. И к началу ХХ века христиане перестали причащаться. Я не беру праведного Иоанна Кронштадтского, сам он каждый день причащался и других уговаривал. Были отдельные подвижники.

В начале ХХ века, чтобы как-то решить вопрос с причастием, Священный Синод вводит справку о говении. Если ты хотя бы раз в году причастился, то получаешь справку у священника в церкви, и тебе дадут скидку по подоходным налогам.

— Да, у нас много освященных временем традиций, и нам кажется, что так было всегда. Сложно представить, что церковная практика первых семи веков была другой.

— Да, по крайней мере, до Трулльского собора. Почему на этом соборе была отменена практика запасных Даров? У кого-то мыши съели запасные Дары, например, то есть они не бережно хранились. Или их теряли. Еще, чтобы повысить благочестие, было принято постановление, где сказано: если кто-то дерзнет причаститься в храме самостоятельно во время Литургии при наличии священника и епископа, тот будет отлучен от причастия на целых семь дней. Вот откуда пошла первая епитимия. То есть для них это было самое страшное наказание — неделю не причащаться! Вот разница между ними и нами.

Как избрать духовный путь

— Люди боятся нарушать написанные правила, а хороших духовников на всех не хватает. Как человеку самому избрать духовный путь?

— Нужно смотреть на свое сердце. Помните, что у нас кроме интуиции ничего нет, хотя и она может подвести. Но все-таки смотрите внутрь себя, а не других. В духовной жизни то, что спасительно для одного, может быть губительно для другого. Дорога в ад вымощена благими намерениями.

У каждого свой ключ от врат Царствия Небесного, как говорил Клайв Льюис. Когда мы туда поднимаемся, священник — это наш проводник. Там есть крепления для страховки, которые святые для нас оставили, но все-таки мы на этот духовный Эверест поднимаемся сами. Поэтому необходимо включать и собственную интуицию.

А как ее отследить? Если мы делаем какой-то шаг хорошо, он приближает нас к Богу. Если плохо, то удаляет, тогда включаем заднюю передачу. А почувствовать то, что мы стали ближе к Богу, мы можем, почувствовав радость. Нужно учиться наполнять душу ветром радости.

Радость может быть разной. Как отличить духовую радость в Господе от эйфории, от зашкаливающего адреналина, от восторга сытости, опьянения?

— Господь присутствует везде: и в горе, и во всех видах радости. У древнесирийских мистиков было богословие радости, они выделяли одиннадцать видов радости от встречи человека с Богом. Когда человек встречается с Богом, его душа затихает. Голос Бога — самый тихий голос во Вселенной, услышать его можно только в тишине своей души. А у нас в жизни очень много шумов.

Господь говорит: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф 11:28). Также Он говорит: «Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины» (Ин 14:16–17) и «радости вашей никто не отнимет от вас» (Ин 16:22). Ту радость, что от Бога, нельзя отнять у человека. А за человеческой радостью иногда приходит опустошение. Это не значит, что она плохая, но она человеческая.

Когда человек идет по пути радости к Богу, то душа его постепенно успокаивается. И благодать, которую он получает на церковных таинствах, начинает накапливаться у него внутри, сохраняться. Никто кроме самого человека не может сохранить благодать в глубине своей души, и это крайне важно.

— Но как хранить благодать, полученную в таинствах? После Литургии мы выходим из храма, начинаем жить свою жизнь, встречать других людей, общаться с детьми, сердиться, осуждать…

— Нам нужно понять простую вещь. Некоторое время назад, еще за год до ковида, количество психически больных людей на планете Земля было от 30 до 40 процентов. Мы видим, как все изменилось за последние два года. Уровень безумия нарастает и будет увеличиваться дальше. Помните, что больных вокруг очень много. Друг к другу надо относиться немного как в клинике, быть к людям бережными и мягкими. И не принимать близко к сердцу. Выяснять отношения с психически больными опасно для жизни. Даже в советское время, когда их было гораздо меньше, до десяти психиатров в год погибали от рук больных. Вот и надо сегодня жить аккуратней – как в психиатрической больнице.

У человека есть две силы: любовь и страх. Кнут и пряник можно использовать и в личной жизни, и с детьми, но при одном условии: кнут должен быть в семь раз меньше пряника. Да, с детьми нужна твердость, и тормозить их надо иногда, но при малейшей возможности выкатывать пряник.

И друг другу нужно говорить побольше приятных радостных вещей, а плохого поменьше. А когда мы пришли в Церковь, получили благодать и нам хорошо, не стоит об этом трубить. Сохраним это в себе. Но если тебе плохо, то поделись с близкими, не держи эту энергию в себе.

Чтобы быть счастливым, нужно учиться, это практика. Будешь общаться с несчастными людьми — станешь несчастным. А будешь общаться со счастливыми людьми — научишься быть счастливым.  

Беседовала Анна Ершова

Текст подготовила Наталия Щукина

Полная версия беседы здесь

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

Комментарии для сайта Cackle