Телефон/факс:

8 (495) 959-92-76

Святые Отцы против епископов

Православные — помимо прочего — характеризуется тем, что стараются согласовать свои речь, мысль, отношение к жизни, действие с таковыми же Святых Отцов. Как относиться к епископату? Можно ли критиковать епископов? Если да, то как? Посмотрим на три святоотеческих примера.

Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ Ñ Ð²Ñ Ñ‚Ñ‹Ðµ отцы

О Ñ ÐµÐ±Ðµ Ñ Ð°Ð¼Ð¾Ð¼ и о ÐµÐ¿Ð¸Ñ ÐºÐ¾Ð¿Ð°Ñ…«Золотым веком Церкви» называют время Григория Богослова. Вот какой совет он нам дает в своей поэме (Отцы писали поэмы — нечто совершенно прекрасное относительно темы «Православие и культура» и образа жизни святых и клира) «О себе самом и епископах», полностью посвященную обличению современного ему епископата:

«Ты можешь довериться льву, леопард может стать ручным и даже змея, возможно, побежит от тебя, хотя ты и боишься ее; но одного остерегайся — дурных епископов, не смущаясь при этом достоинством их престола! Ведь всем доступно высокое положение, но не всем благодать. Проникнув взором сквозь овечью шкуру, разгляди за ней волка. Убеждай меня не словами, но делами».

Так он описывает кадровый состав епископата:

«Всем открыт вход в незапертую дверь, и кажется мне, что слышу глашатая, который стоит посреди и взывает: «Идите сюда, все злодеи, отребье общества, чревоугодники, толстожилые, бесстыдные, наглые, пьяницы, бродяги, сквернословы, щеголи, лжецы, обидчики, нарушители клятв, обкрадывающие народ, на чужое имущество безнаказанно налагающие руки, убийцы, обманщики, неверующие… Двоедушные, служащие переменчивому времени, полипы, принимающие цвет камня, на котором живут… Приходите смело! Для всех готов широкий престол!»



Слова и гимныСимеон Новый Богослов, живший в поздней Византии — весьма «благочестивую» эпоху, — несколько раз касался темы епископата в своих Словах и Гимнах:

В Слове 66, он говорит о посмертной участи епископов:
«Таким же образом и грешным патриархам противопоставит Он патриархов святых, — Иоанна Златоустаго, Иоанна милостиваго, Григория Богослова, св. Игнатия, Тарасия, Мефодия и всех прочих, которые были образами и подобиями истиннаго Бога, не только словом, но и делом. И грешным митрополитам противопоставит Он митрополитов святых, — Василия Великаго, Григория, брата Василиева, Григория чудотворца, св. Амвросия, Николая — и, словом сказать, всякаго патриарха, всякаго митрополита и всякаго епископа грешнаго сопоставит Он с апостолами и свят. отцами, просиявшими прежде их в тех же епархиях, и, поставив всех их, одних против других, то–есть праведных против грешных, или, как сказано, овец одесную, а козлищ ошуюю, скажет последним: не в тех же ли местах проводили жизнь и вы, как и те, мне угождавшие и служившие? Не на тех же ли кафедрах сидели и вы? — Почему же не подражали вы делам их? Как не убоялись вы держать и вкушать Меня, чистаго и непорочнаго, нечистыми руками и еще более нечистыми душами своими? Как не ужасались и не трепетали вы, делая сие? Зачем тратили вы достояние бедных на собственныя свои удовольствия и на своих родных? Зачем продавали вы Меня за сребро и злато, подобно Иуде? Зачем покупали вы Меня как какого раба непотребнаго и Мною пользовались на удовлетворение пожеланий плоти вашей? Почему, как вы не почтили Меня, так и Я не попечалюсь о вас. Отыдите от Меня, делатели греха, отыдите!»

В Слове 82 он призывает монахов не идти в клир, в частности по таким соображениям:
«Боюсь, Господи, чтобы не победило меня сребролюбие; боюсь, чтоб не овладела мною воля плоти, чтоб не обольстила меня сласть греховная, чтоб не омрачила ума моего забота о пастве, чтоб не возгордила меня честь царей и властей, чтобы не надмила меня великость власти и не наустила презирать братий моих; боюсь, чтобы не выступить мне из подобающаго моему званию чина от пиршеств и винопития, чтобы не стала опять упитанною от сластей плоть моя, утонченная воздержанием, чтобы не устрашили меня угрозы людския, и не сделали преступником заповедей Твоих; боюсь, чтобы просьбы собратий моих епископов и друзей не склонили меня стать участником грехов их, и когда онеправдывают они других, или другое что недоброе делают, молчать, или даже содействовать им, не обличая их с дерзновением и не показывая за заповеди Твои сопротивления им, как подобает. И где мне, Господи мой, изложить все опасности звания сего, которыя безчисленны, и которыя Ты, Боже, знаешь лучше меня? Умоляю убо Тебя, не попусти мне впасть в них. Сам бо ведаешь, Человеколюбче, как трудно угодить людям, как они бывают тяжелы, насмешливы, пересудливы и клеветливы, особенно из грамотных и ученых, умудрившихся внешнею мудростию. Пощади же меня, Человеколюбче, и не посылай меня туда — долу, на это предстоятельство над народом, в среду таких и толиких бед и зол».

В Гимне 50 — большом обличении епископов, священников, царей и т. д. — говорится в частности, что среди епископов есть те,
«Которые гоняются за славою человеческою, А Меня — Творца всех презирают, Как нищаго и презреннаго бедняка; Они недостойно прикасаются к Моему телу И, ища превосходства над многими, Незванно входят внутрь Моего святилища, […] Совне хорошо одевая тело, Они кажутся блистающими и видятся чистыми; Души же хуже грязи и тины […] Кто не старается своих близких Друзей сделать епископами […] Ибо сподобившийся быть служителем Христовым Сам совершенно не должен иметь ничего своего, Ни приобретать чего–либо мирского, Кроме необходимаго для тела и только; Все же прочее принадлежит бедным и странникам […] Но горе нам, священникам, монахам, Епископам и священнослужителям седьмого века, Так как законы Бога и Спасителя Мы попираем, как ничего не стоющие. И если бы где оказался один малый пред людьми, Пред Богом же великий, как познанный Им, Не снисходящий к нашим страстям, То он тотчас прогоняем бывает, как один из злодеев, И изгоняется нами из (нашей) среды, И отлучаем бывает от собрания, как некогда Христос наш — (от синагоги) тогдашними Архиереями».

Наконец в «Послании об исповеди» Симеон Новый Богослов рассуждает о истории и функции епископата:
«C тех пор, как воспринявшие престолы апостолов оказались плотскими, сластолюбивыми, славолюбивыми и склонными к ересям, оставила их божественная благодать, и власть эта отнята от таковых. Поэтому так как они оставили все другое, что должны иметь священнодействующие, одно только требуется от них — хранить православие. Но думаю, что и это они не [соблюдают]; ибо не тот православный, кто не вносит новый догмат в Церковь Божию, но тот, кто имеет жизнь, согласную с правым учением. Но такого и такового современные патриархи и митрополиты или, поискав, не находят, или, найдя, предпочитают ему недостойного […] ни монахам по внешнему облику, ни рукоположенным и включенным в степень священства, ни удостоенным архиерейского сана, — патриархам, говорю, митрополитам и епископам, – просто так, только из-за рукоположения и его достоинства, не дается от Бога отпускать грехи — да не будет!»



Рравоучительные Ñ Ð¾Ñ‡Ð¸Ð½ÐµÐ½Ð¸Ñ Максим Грек на изломе средневековой Руси — на «Святой Руси» то есть — в «Нравоучительных наставлениях для владеющих над истинноверующими» (своего рода апологии социального государства) писал:

«Солжет дело маслинное, и поля не сотворят яди», говорит богоглаголивый Аввакум, озаренный Божественным Духом (Авв 3, 17). «Маслиною», по причине доброплодия этого дерева, иносказательно обозначается святая соборная и апостольская Церковь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, так как она всегда изобилует милостью и щедротами Божьими. «Делом» же этой маслины он называет милостыню, а также и поставляемых в ней по временам святителей для руководства и установленья непорочной веры христианской и для управленья и попеченья о всех ее нищих и убогих, о сиротах и вдовицах, как строго повелевают божественные правила повсюду находящимся преосвященным епископам. Что же: приведенное пророческое изречение уже не действительно? —Никак! Хотя оно и сказано было, преимущественно, о бывших в ветхом завете архиереях иудейского народа, которые имели вознеистовствовать против общего Создателя и Спасителя всех людей и попрать закон Вышнего и святые Его заповеди, но и к представителям святых Божиих церквей в наши времена удобно всякий может справедливо отнести его. Ныне делатели этой мысленной священной маслины уже не исполняют ее боголюбивого дела, как повелевают божественные правила. Ибо все то, что православными царями и христолюбивыми князьями дано было святой Церкви, —все имения и стяжания, назначенные на пропитание нищих и сирот, они обратили на свои излишества и на устроение своего житейского положения. И таким образом сами они живут во всяком изобилии и удовольствии, питаясь пространно и обильно обогащая своих родных и родственников, а Христовы братья—нищие, страдающие наготою и гибнущие от голода, презираются ими. Воистину, солгало дело мысленной маслины, то есть, дело милостыни ко всем нищим и бедным оскудело и погибло. Эту обиду нищих, которою их обижают, кто другой в состоянии отвратить, кроме Бога?»



И Максим Грек и Симеон Новый Богослов обращают внимание на забвение социального служения епископатом; оба вспоминают ветхозаветное священство, убившее Христа, сравнивая это священство с современным; оба говорят о том, что епископы вообще больше не исполняют своих обязанностей. И Григорий Богослов и Симеон Новый Богослов предостерегают от общения с «дурными епископами; оба весьма характерно описывают кадровую политику набора новых епископов. Все трое крайне жестко критикуют епископат. Вот голоса трех Отцов из ранней и поздней Византии и средневековой Руси — примечательно и содержание их речей, и сама их интонация.